– И где же сейчас эти двое тупиц?

– Они мертвы. И один из наших экзофургонов, кажется, тоже.

– Прелестно! – воскликнул Гримнир, хлопнув в ладоши, – Значит, вы умудрились лишиться двоих человек, экзофургона и одного из пленников. Задание было простейшее – схватить и привезти семерых детишек. Но вы не справились.

– Владыка… – начал Роди.

– Заткнись!

От этого выкрика вздрогнули все – и Чернявые, и Руслан. Все, кроме Ратега.

– Я не желаю слушать оправдания, – сказал предводитель Чернявых, – Оправдания не спасут тебя от грендэлов, сынок. И уж точно не помогут нам в нашем деле.

После этих слов он повернулся к Ратегу.

– Значит, вот ты какой есть. Честно говоря я ожидал большего. Должно быть, мои парни совсем никуда не годятся, раз их может одолеть такой старикан, как ты.

– Ты прав, – отвечал Ратег, – Твои парни годятся лишь на то, чтобы убивать женщин и похищать детей. Хотя и это они делают небезупречно, как ты сам заметил.

Гримнир засмеялся гортанным смехом.

– А тебе палец в рот не клади, старик, – сказал он, – Только не думай, что твой острый язык поможет тебе. Завтра мы тебя казним при всех. А потом повесим твоё тело на столбе, на съедение воронам. Вряд ли оно им придётся по вкусу, но сам знаешь, в наше время выбирать не приходится. Уведите его!

Двое Чернявых вывели Ратега из помещения. В кабинете остались лишь Роди, Гримнир и Руслан.

– Итак, – начал предводитель Чернявых, – Ты, конечно же, не в курсе, почему мы вас сюда привезли. Собственно, я и не собираюсь тебе это объяснять. Всё, что тебе нужно знать – мы отпустим тебя и твою сестру, если ты кое-что для нас сделаешь.

– Откуда вы знаете, что она моя сестра? – сказал Руслан.

Гримнир прищурился и покачал головой.

– Нет, нет, – сказал он, – Ты, видно, не понял, мальчик. Я не собираюсь отвечать на твои дурацкие вопросы. Только повторю – сделаешь работу, получишь свободу для себя и своей сестрёнки. Не сделаешь – умрёт сначала она, а затем ты. Всё просто, как день и ночь.

Гримнир снова обошёл стол, выдвинул один из ящиков и явил на свет пыльный том в потрёпанном бархатном переплёте. Он показал книгу лицевой стороной Руслану. На ней серебряной нитью был вышит какой-то причудливый узор. Руслану он показался смутно знакомым, но он не мог вспомнить нужные ассоциации. К тому же нить местами истёрлась или запачкалась, что делало рисунок отрывочным.

– Эта книга написана на языке, который никто в этом бренном мире не знает, – сказал Гримнир, – Но ты должен знать.

Руслан не стал спрашивать, почему предводитель Чернявых так уверен в его способностях. Он уже понял, что бесполезно.

Изучать языки Руслан любил с детства. Ещё до школы он изучал английский. В школе это был единственный предмет, в котором он опережал Вику. В младших классах Руслан понял, что этого ему мало и упросил родителей записать его в языковую школу – на немецкий. Через несколько лет он решил взяться ещё за один язык. Только в этот раз он выбрал один из мёртвых языков. Древнеисландский. Язык, на котором были написаны древние эпосы и басни, которые он прочёл в детстве и которые пленили его своей драматичностью и поэтической красотой. Собственно, из-за них он и начал учить этот позабытый, можно сказать, бесполезный язык – чтобы прочесть эти сказания в оригинале.

Неужели книга, что держит в руках этот бледный злобный человек, написана на том же языке? Но как такое возможно? Руслан уже принял мысль, что оказался в ином мире, ином измерении, иной реальности, как угодно. Но как тогда объяснить это?

– Подойди! – сказал Гримнир.

Дважды Руслана просить не пришлось – он и сам хотел подойти и поближе рассмотреть таинственный том. Он сделал несколько несмелых шагов и оказался перед столом Гримнира. Книга оказалась прямо перед его лицом. Руки у Руслана по-прежнему оставались связаны, так что он не смог бы взять книгу, даже если бы Гримнир ему позволил. Поэтому он попросил:

– Вы не могли бы её открыть? На любой странице.

Гримнир произвольно раскрыл книгу и положил на стол перед Русланом. Тому хватило беглого взгляда, чтобы понять, что его догадка подтвердилась. Это был древнеисландский. Бумага была дряхлой и пожелтевшей, но целой. Печатный текст, некогда чёрный, теперь выцвел до тёмно-серого. Это были стихи. Они пересекали страницу от верха к низу ровной полосой.

– Собственно весть текст меня не интересует, – сказал Гримнир, – Лишь отрывок в пять страниц.

Руслан пробежал текст глазами, чтобы оценить его сложность. На перевод пяти страниц ему понадобилось бы часа три–четыре, однако он сказал:

– Мне нужно будет на это три дня. И помощник.

– Хмм… – Гримнир потёр подбородок, изображая задумчивость, – Я думаю, тебе придётся поднатужиться. Даю тебе сутки. Если не справишься за это время – уже знаешь, что будет. И раз тебе нужен помощник, так и быть. Я дам тебе…

– Ратега, – перебил его Руслан, – Мне нужен Ратег.

– И с чего бы мне уступать этому глупому требованию?