Николай, который всё это время расспрашивал Лизу, подошёл ближе.

– Девочка говорит, что трое мужчин пришли на квартиру, которую сговорились нанять ещё на Симферопольском вокзале, и Катя пошла договариваться с хозяевами. Лиза в это время играла с котёнком, и полезла за ним в заросли акации, когда она услышала крик Кати «Беги!» и не раздумывая метнулась понизу кустов, и вырвалась на дорогу. Бродила по улицам несколько часов пока на набережной, увидела меня.

– Почему не обратилась в полицию? – Спросил дворецкий.

– Так те, кто схватил Катерину тоже были в форме. – Пояснил Николай. – Ну и куда ей было податься? Счастье что меня увидела.

– А вы почему решили, вмешаться, да ещё и так радикально?

– Он не представился. – Николай усмехнулся. – Там, на набережной, было полно народу, а полицейский не назвал ни номер жетона, ни фамилии. Значит, что-то не так. Да и портупея, у них поверх погон.

– Ну-ка? – Виктор Афанасьевич внимательно посмотрел на городового, которого уже заканчивали привязывать в кресле. – И правда, поверх. – Он похлопал лжеполицейского по щекам приводя в чувство. – Давай, открывай глазки, дорогой. Знакомиться будем. Ты меня понимаешь? Ну и отлично. Я полковник Муромцев, Тайная канцелярия. А ты кто?

– Вась сиясь мы это…

– Семён, прочисти-ка ему память… – Коротко скомандовал Виктор Афанасьевич, и подручный неторопливо словно гидравлический пресс с хрустом опустил каблук на носок сапога фальшивого полицейского, отчего тот взревел словно медведь и забился в путах.

– Ещё раз? – Ласково поинтересовался Виктор Афанасьевич.

– Горелкины мы. – Прохрипел мужчина. – У его сиятельства князя Куракина служим.

– Давно по людишкам промышляете?

– Ты бы не лез в это дело, полковник. – Подал голос второй. – Не будет тебе с этого ни награды, ни денег, а лишь крест безымянный.

– Говорливый какой. – Николай подошёл к нему, и посмотрел в лицо. – А спорим на одну копейку, что через пять минут, ты расскажешь мне куда утащили сестру этой девочки?

– А спорим что ты даже не войдёшь в тот дом? – Мужчина усмехнулся. – Много вас таких тут было.

– Адрес. – Сухо бросил Николай. – Раз ты так уверен, скажи адрес, и пойдёшь на каторгу своими ногами.

– Да разве?

– Като, сурикен. – Николай протянул руку, и ниххонец вложил в неё тонкий стальной стержень заточенный до игольной остроты. – Проводи девочку наверх, и будь с ней.

Дождавшись, когда Лизу уведут, Николай, медленно со скрипом проминающейся плоти вдавил стержень в точку на плече мужчины, придерживая горло правой рукой.

Несмотря на адову боль, тот лишь хрипел, с выпученными глазами дёргаясь словно под действием тока.

– У меня в багаже, ещё десяток таких штук, и много других забавных вещиц. Даю тебе слово, что испробую их все, но тогда, ты точно будешь ковылять по каторге на костылях. А могу сделать из тебя слюнявого идиота, и в тюрьме тобой будут забавляться все, кому не лень. Выбор за тобой.

Мужчина посмотрел в глаза Николаю и видимо что-то такое в них увидел, что решил больше не играть в стойкого оловянного солдатика.

– Особняк Бахтина. Это возле Армянской церкви.

– Я знаю где это. – Резидент Тайной Канцелярии, кивнул, и бросил взгляд на своего помощника. – Давай, Сёма. Заводи машину, и поднимай Василя, и Сергея. Филимон останься здесь, и держи связь с Симферополем.

– Есть, ваше высокоблагородие.

– Может на моей?

– А пленных куда? – Резонно заметил Муромцев. – У меня-то РуссоБалт восьмой. Там и дюжину человек посадить можно.

В тоге выехали на двух машинах. Как ни рвался Като поехать вместе с Николаем, но приказ был однозначен. Защищать девочку. Вот именно поэтому он и стоял у окна вместе с Лизой, провожая взглядом уплывающие вдаль пятна света от фар.

– Он её найдёт? – Негромко спросила Лиза, и посмотрела на Като.

– Он Хатиман, девочка. Он бог войны и смерти. Если она жива найдёт и привезёт, а если нет, даст ей в слуги много сильных рабов, которые будут сопровождать её по дороге смерти.

Доехали быстро, так что уже через десять минут люди Муромцева, вооружённые короткими автоматами Фёдорова, блокировали дом, а Николай, остановившийся метрах в двадцати от дверей, поправил шляпу, и вопросительно посмотрел на коллежского советника.

– Пойду потихоньку?

– А ты как с рукой-то? – Муромцев кивнул на перевязь.

– На один бой хватит. – Боярич усмехнулся. – Сейчас главное, чтобы не начали концы прятать. –Он левой рукой достал пистолет, сбросил стандартный магазин, зарядил длинный двенадцатизарядный, убрал обратно в кобуру, и проверил оба кинжала. – Всё. Пойду прогуляюсь. Вы, тут не скучайте без меня.

Подойдя к двери, неожиданно громко замолотил кулаком.

– Васька, поганец, открывай, пока плетей не всыпал! – Васька! Убью суку! Открывай кому говорят!