Она склонила голову набок.

– Твое любопытство удовлетворено?
– Она приняла мое молчание за таковое.
– Тогда нам надо поспать. Тихие воды будет настаивать на завтрашнем раннем старте, и я сомневаюсь, что он согласится остановиться до захода солнца!”

Я вытянулась под одеялом, прислушиваясь к дыханию Кикаи, и думала о том, что узнала.

Жизнь на равнинах была тяжелой. Я знала это или, по крайней мере, думала, что знаю, что это значит. Но видимо не совсем . У меня были все удобства городской жизни, плюс преимущества жизни в замке. У меня не было ежедневной борьбы за еду и тепло, зато, что я воспринимала как должное.

Но на равнинах сама жизнь была тяжелее, тяжелой для тела. Что означало, что Кир был не так стар, как я думала. Возможно, мы были ближе по возрасту, чем я думала.

Я повернулась на бок и натянула одеяло на плечо. Жаровня уже не так сильно грела, и воздух стал холоднее. Легкий ветерок шевелил край палатки, и я повернув голову и посмотрела вверх, то увидела звезды через дымовое отверстие. Я поудобнее устроилась в теплой постели.

Они жили в палатках на снегу? Как они находят пищу зимой? Даже с набегами, как они могли иметь достаточно?

Что делает рождение пятерых детей с телом женщины?

Внезапно я поняла глубину желания Кира принести перемены на равнины. И насколько ценными он считал мои навыки. Но даже больше, как он был рад, что я буду лечить любого, кто придет ко мне. Позаботится о ране врага. Вылечит сломанную ногу другого.

Храп с другой стороны сказал мне, что Кикай наконец уснула. Я протянула руку и подтянула сумку поближе. Тихо, чтобы не разбудить Кикаи, я порылась в боковом кармане и вытащила мокрый кусок чего-то, что Ифтен выплюнул мне на ботинок.

Света было достаточно, чтобы рассмотреть его. Гриб, в этом я был уверена. Я осторожно понюхала его, но он не имел сильного запаха. Я потерла его о кожу и ждала, но эффекта не было. Я пожала плечами. Только один способ узнать наверняка. Я положила его в рот и прикусила.

Странный сладковатый вкус наполнил мой рот, и я проглотила слюну. Мое сердце забилось громче, и палатка начала вращаться . . .

Я выплюнул его в ладонь. Лекарство, сродни листу лотоса, но гораздо более сильное и быстрое, чем все, что я знала Если бы он имел такой эффект после того, как Ифтен пожевал его в течение некоторого времени, то каким он был свежим? Для каких целей я могут это использовать?

Я изучила влажный кусочек в моей руке, затем положила его обратно в сумку. Может быть, свет дня позволит мне определить, какой гриб.

Я снова села, погруженная в свои мысли. Была ли в этом сила воинов-жрецов? Используя травы, чтобы замаскировать боль, вместо того, чтобы лечить ее? Неудивительно, что он до сих пор мог пользоваться рукой. Неудивительно, что они отказались помочь, вероятнее всего, там, где обезболивающие не могло помочь.

Даже в тепле одеял я дрожала. Как воин-жрец отреагирует на истинное, умелое исцеление? Что они сделают с Киром?

В конце концов я уснула. Но мой сон был беспокойным и наполненным смутными, беспокойными образами.

Кикай и я допивали наш утренний кавадж, когда Тихая Вода попросился войти в палатку.

– Ты бы захотел каваджа?- предложила Кикай.
– Ты не посидишь у моего камина?”

– Спасибо, но нет, - покачал головой неподвижный Тихие Воды, и его длинные спутанные косы закачались. Он остался стоять внутри, немного остановившись, чтобы его голова не касалась палатки.
– Ночью охранники заметили группу всадников, наблюдавших за лагерем. Двое вышли погреться у наших костров, но незнакомцы ускакали при приближении наших.”

Кикай нахмурилась.

– Правила вежливости равнин не настолько мертвы.”

Тихие Воды хмыкнул в знак согласия. Его лицо оставалось бесстрастным, но голос звучал снисходительно.

– Если бы мы ехали быстрее “—”

– Готовь лошадей, - оборвала его Кикай.
– Проследи, чтобы в этот день разведчики оставались в пределах видимости.”

Она повернулась ко мне, когда он вышел из палатки.

– Держись поближе ко мне и Ифтену.”

– Обязательно.
– Я встала и потянулась за сумкой.
– Думаешь, будут проблемы? Я думала, что равнинники не нападают друг на друга?”

– Если бы мы были одного мнения, одной мысли, и всегда в согласии.
– Кикай пристегнула меч к поясу.
– Но всегда есть те немногие, кто думает мечом. Сомневаюсь, что будут неприятности. Но

– Смерть приходит мгновенно.”

Kикaи остановилась и посмотрела на меня с сочувствием.

– Я слышу голос Маркуса. Он преподал тебе этот урок?
– Я кивнула. Она поморщилась и продолжила.
– Суровый урок, но это не отменяет истины слов. Поехали. В этот день мы будем ехать тяжело.”