Буря била их по щекам, колола глаза.

Эмиль поражался упорству Щеки: тому, как он смог не сбиться с темпа, как с тяжёлым баулом на плечах преодолел этот участок пути.

Глава группы споткнулся и упал на колени. Рыжий бросился к нему, поднял его на ноги и сам теперь потащил его.

Ветер завывал неистово, падал на их головы, срывал с холмов и гор шапки снега, бил ими по путникам.

Они продолжали идти.

Эмиль, поддерживаемый Рыжим, попытался оглядеться по сторонам.

Видно не было абсолютно ничего. На расстоянии вытянутой руки, казалось, не существует больше мира.

Они шли падая, но поддерживая друг друга то руками, то словами.

Метель запенилась где-то сбоку, завихрилась точно громадная змея, врезалась всей своей силой в них двоих.

Рыжего откинуло на метр и он скрылся в непроглядном вихре.

Эмиль упал на колени, удержался, поднялся из последних сил, побежал к тому месту, куда откинуло Рыжего, но его там нигде не было.

У Эмиля от безысходности на глазах выступили слезы. Он чувствовал, что потерял контроль над ситуацией, чувствовал, что его друзья пали жертвой его же решений.

Может быть, что они оба всего в каких-то паре метрах друг от друга, но сейчас это не имеет никакого смысла. Они могут кричать, звать на помощь, но они не услышат себя даже если будут находиться в паре метрах друг от друга. Угадать точное направление невозможно. Пройдёт метель, сбежит отсюда куда-то обратно в горы, забьётся в свои расщелины, сойдёт с этих мест как вода с берегов, и откроется картина: трое растерзанных холодом исследователей пустоши, тела которых покоются всего в паре метрах друг от друга, тела, так и не нашедшие покоя. Это не выдумка. Он уже видел такое. Это не выдумка. Именно таким образом и приблизительно в этом секторе так сгинула одна из последних групп.

Мысли Эмиля прервала змея, отдохнувшая и готовая для новой атаки. Он даже успел уловить её очертания по воздуху за мгновение до удара.

Ветер волной, точно змеиным хвостом, пихнул его в бок таким ударом, каким ломают рёбра.

Он отлетел в сторону, выставил ногу вперёд, пытаясь найти опору и удержать равновесие, но промахнулся и полетел со склона куда-то вниз.

Такой же треск, который он слышал десять минут назад, раздался прямо под ним, заживо погребая его в снегу.

Эмиль забил руками, затоптал ногами по жидкому снегу, он тонул, но пытался всплыть.

Снег, удушая, тяжёлым грузом наваливался на него сверху.

Воздушная змея бежала по волнам, еле-еле касаясь поверхности, он ухватился за её хвост, его вытолкнуло наружу и понесло куда-то вбок.

Ветер и снег несли его вниз, метель расступалась перед ним, открывала ему всё больше и больше видимости.

Казалось, он вынырнул куда-то в другое измерение, чисто случайно угодив в межпространственную дыру, но только он захотел оглядеться, как его с силой стукнуло обо что-то.

Это был другой слой.

Он наконец-то скатился.

По спине закапала мелкая дробь снежных хлопьев, всё ещё осыпающихся с вершины.

Эмиль отряхнулся, пытался придти в себя.

Его глаза пытались отыскать силуэты Щеки и Рыжего.

Где-то совсем рядом вдруг послышался призыв о помощи.

Ветер изгибал и гнул голос как кузнечный молот раскалённую сталь, а потому сложно было даже определить кому он мог принадлежать.

Эмиль поднялся, споткнулся, через силу пополз на звук.

Просьба о помощи раздалась всего раз, но четко отпечаталась в его памяти. Ему теперь ничего не оставалось как идти на звук. Он растерял всех друзей, теперь уже не было важно кто звал его — свой или чужой.

Ветряные волны окончательно сошли на нет, отошли от берегов, снежная мгла расступилась и вьюга растаяла.

Эм увидел Щеку в метрах пятнадцати от себя, жадно разрывающего белую пушнину на склоне холма, от чего в разные стороны летели ошмётки липкого снега, баул с навесом лежали рядом.

Его товарищ прибыл на место чуть раньше него.

Щека увидел Эмиля, но не стал растрачиваться даже на радость, а просто продолжил рыть.

Слева осколком показался силуэт, Эм повернул голову. Это был Рыжий. Весь перепачканный в снегу, но живой и здоровый.

Глава отряда жестом отдал приказ и они вдвоём ринулись помогать Щеке.

Теперь они втроём расталкивали навалы рыхлого снега, рвались внутрь воздушного кармана, в котором был заперт, возможно, уже мёртвый, человек.

Сначала показалось что-то чёрное — это был обрывок рукава того, кого завалило снегом.

Самый тучный и широкий член отряда — Щека — хватанул его за рукав и потянул на себя.

Потом показался крюк в руке этого человека.

Эмиль с Рыжим схватились там, где могли, потянули, пыхтя, все вместе.