– Нам нужно точно знать, какие ортогональные звезды используются системой, – заметила Агата.

– Возможно, наши соучастники уже располагают этой информацией, – предположил Рамиро. – Так что если мы сможем предложить им что-то типа миниатюрного беспилотника, способного взлететь с Бесподобной и заслонить нужные звезды, почему бы им не воспользоваться нашей помощью?

– И кто же будет незаметно собирать эти штуковины? – спросил Азелио. – Для хоть сколько-нибудь точной навигации им потребуются акселерометры и фотоника. Если мы сделаем их сами на Геодезисте, то после стыковки никак не сумеем пронести их с собой. А на самой Бесподобной все мастерские и склады будут находиться под наблюдением.

– Мы могли бы выпустить их в космос до стыковки, – предложила Агата. – Отправить их в какое-нибудь укромное место. Если беспилотники будут достаточно малы и мы правильно рассчитаем время, они смогут незаметно перебраться с Геодезиста на склон горы.

– А что дальше? – не унимался Азелио. – Они каким-то образом закрепятся на поверхности, а потом начнут карабкаться к подножию – как насекомые по потолку?

– Да. – Агата не собиралась идти на попятный, но амбициозность этой затеи росла на глазах.

– А еще, – продолжал Азелио, – из-за того, что мы заранее не знаем координат, у нас должна быть возможность удаленно передать им инструкции доползти до конкретной точки взлета, а затем пролететь по определенной траектории. И так, чтобы наш сигнал не обнаружили посторонние.

Насчет последнего у Тарквинии было иное мнение.

– Что с того, если власти засекут короткий шифрованный сигнал? Пока они не знают точное местоположение источника или приемника, простое обнаружение сигнала не должно быть проблемой. Даже если они увидят в нем признак разворачивающейся диверсии…, такой вариант развития событий они в любом случае должны были иметь на примере последние три года.

Азелио задумался.

– Тогда с какой стати они будут нам мешать? Они знают, что обрыв все равно произойдет, а значит, должны понимать, что в этой войне им не победить – если только эти подпольные операции не имеют никакого значения, и во всем будет виноват метеор.

– Они не собираются уступать – не больше нашего, во всяком случае, – ответила Агата. – Ты заметил в новостях с Бесподобной хоть какие-то признаки того, что Совет отошел от дел, предавшись состоянию роковой беспомощности?

– Нет, – признал Азелио.

– Представь, что это своеобразное равновесие, – посоветовала Тарквиния. – Я уверена, что желание Советников идти на любые меры ради предотвращения неизбежного имеет свои пределы, однако и их уступчивость не может быть безграничной – они не станут ни отключать систему по собственной воле, ни освобождать всех антисообщистов, позволив им устроить беспредел с кувалдами наперевес. Они заняли конкретную позицию и будут отстаивать ее в меру своих возможностей. Когда все закончится, они будут искать политическую выгоду как в нюансах борьбы, так и в ее исходе.

Азелио, казалось, был сбит с толку.

– Я хочу, чтобы это сработало, – запинаясь, сказал он. – Но каждый раз, когда я делаю паузу, чтобы об этом подумать, создается ощущение, будто мы просто играем в какую-то игру. Разве мы не должны озаботиться созданием более совершенных систем обнаружения метеоров? Если мы и правда единственные люди, у которых есть шанс создать что-то новое, то почему бы нам не разработать устройство, которое действительно может спасти гору – вместо того, чтобы инсценировать ее смерть?

– Думаешь, если бы мы спасли гору от метеора, мы бы об этом не узнали?

– Понятия не имею. – Азелио поднялся на ноги. – Но то, что мы делаем сейчас, не имеет никакого смысла. – Он вышел из кабины.

В наступившей тишине Рамиро почувствовал, как слабее его уверенность.

– Я уже не знаю, как уложить все это в рамки логики, – сказал он. – Если это метеор, который действительно может нас убить, разве нам не следует направить свои усилия на него? Забудь, о чем на этот счет говорится или не говорится в сообщениях – если мы приложим все силы, чтобы создать что-то полезное, неужели это ничего не изменит?

Агата наклонила голову, отчасти симпатизируя его порыву. Но все же осталась при своем мнении.

– Я хоть и пыталась доказать, что любой метеор поддается обнаружению, но, с другой стороны, можем ли мы взяться за такую задачу, имея в распоряжении только то, что есть на борту? Одну-единственную камеру обратного времени и никаких средств для создания новых фотонных схем или высокоточной оптики. Даже если бы нам в голову пришла блестящая идея для нового инженерного решения, как бы мы построили целую сеть камер видеонаблюдения и разместить их на нужных местах? Они не могут просто дрейфовать вокруг горы, отслеживая потенциальные угрозы ради собственного удовольствия – если они что-то обнаружат, то должны иметь возможность либо включить когерер, достаточно мощный, чтобы убрать опасный объект с пути, либо запустить двигатели, чтобы гора изменила свой курс. Ты правда считаешь, что нам удастся все это сохранить в секрете?