— Камита, я бродяга, который родился в лесу, в заброшенной башне. У меня нет родных, и не может быть родового имени. Ладно, я понял, давай дальше.

Он хотел взять ручку, но я его опередила, схватила, обмакнула в чернила и написала: "Дин Кер", и вопросительно приподняла бровь. Это имя носил бы сын именя. Демон меня в бок толкнул, не иначе!

Дин отшатнулся, побледнел и часто задышал, его глаза опасно блеснули, он схватил со стола лист и смял его.

— Не шути так, Камита. От кого ты слышала эту глупость?

Я покаянно вздохнула, развела руками. И тот же проклятый демон снова подсуетился, не иначе — я придвинулась, обняла его рукой за шею и поцеловала. Вовсе не скромно, а очень даже вкусно получилось, сама такого не ожидала.

Руки Дина тут же легли мне на спину, погладили, прижали. Не хотелось отодвигаться, прекращать все это, вот просто раз! — и улетела. И все же я отстранилась. Взяла перо и сунула его Дину в руку, и подвинула чистый лист бумаги.

В его глазах словно зажглось по огоньку, он улыбался.

— Камита, эта была плата авансом?

Я качнула головой — нет, конечно.

— А, так плата еще будет? Это воодушевляет. А может, ты все-таки уже устала? — спросил он, как мне показалось, с надеждой.

Я с усмешкой покачала головой и показала на бумагу.

— Я хотел, чтобы ты научилась писать свое имя полностью, — вздохнул Дин, — ладно, не хочешь, не надо. Кстати, имя именя надо писать через другую букву, вот так, — он написал. — Что еще? А, вот что напишем: "Камита вкусно варит кашу".

Мы написали еще много всего, лист за листом, я перечитывала и повторяла, забывала и ошибалась. За окном уже стояла непроглядная тьма и тишина — что понятно, люди трудились весь день и устали.

— Довольно, — Дин отодвинул бумагу и встал. — А то не проснешься завтра. Завтрак ведь тебе готовить, раз всех с кухни разогнала?

Да, так уж и разогнала. Тут же не протолкнуться было от помощников! Но меня не волновало, что будет утром, завтрак так завтрак, готовить так готовить. Главное, Дин, посмотри на меня, как тогда, не отворачивайся…

Что же я делаю, дура такая?

Да ничего особенного, в сущности, мы просто опять целовались, и это было замечательно. И снова глаза Дина как будто светились теплым светом, когда он сказал:

— Это ложь, что я тебе не нравлюсь. Ты будешь со мной, Камита?

И снова я медленно покачала головой.

— Тогда перестань мне сниться, я спать не могу уже которую ночь, — с легкой усмешкой он провел пальцем по моим губам. — Перестанешь?

На мое "нет" он, видимо, обратил мало внимания — не первое, в конце концов. Зато сказал:

— Тебе так нужно в Андер? Это важно?

Конечно, ему рассказала ленна, они же друзья — не разлей вода. Или брат с сестрой — я вполне этому верю.

Я осторожно кивнула — да, мне нужно. Очень важно.

— А со мной?.. В Андер — со мной?

Ага, с тобой. Я чуть не рассмеялась. Лишь недавно отошел от внушения добрейшего папочки, надо еще? Побеги ведь одинаково кончаются у тебя, дорогой — ловят и возвращают, если я правильно поняла. Отпустили бы уж, раз ты бродяга, которому на месте не сидится, но почему-то не отпускают. Ты у нас, похоже, невыездной, Дин. Хотела бы я узнать, почему, но, видно, не узнаю. Может, это просто о тебе заботятся так навязчиво?

Но я не рассмеялась, я просто отвернулась.

Мы вышли из кухни, Дин тихонько свистнул, и огромная тень неслышно появилась рядом. Я не удержалась, вскрикнула, вцепилась в руку парня. Собака! Откуда она тут взялась?!

— Это Фор, я его с собой взял, — поясни Дин, — не узнала? Не бойся, — он на несколько мгновений прижал мою ладонь к своей щеке, — нет, ты мне все-таки приснись и сегодня, ладно? А то скучать буду. Доброй ночи, солнышко мое. Фор, охраняй.

И он шагнул куда-то в темноту, а пес ткнулся носом в мое колено — чего стоишь, дескать? И когда я пошла в комнату для слуг, отведенную нам для ночевки, он тенью двинулся следом. И улегся под лавкой, когда я легла. Вот что имел в виду Дин, когда сказал, что никто до меня не доберется. Куда уж тут, с таким защитником! Я совсем осмелела и погладила пса, он лизнул мне руку, но не издал ни звука. Какой молодец, угощу тебя завтра по-царски, не сомневайся!

Я уснула, завернувшись в одеяло, и мне было хорошо, как никогда здесь. А под утро, показалось, кто-то взвизгнул, и Фор заворчал. Я не стала просыпаться, не стала открывать глаз. Что бы ни было — какая разница?

Следующий день начался, как ему и полагается, и продолжался не хуже прочих, только Вилма косилась да девчонки иногда переглядывались — ничего, я переживу, это такие мелочи. А ближе к полудню прилетел наездник на рухе. Естественно, все без исключения побросали дела и высыпали во двор, я стояла позади — боялась близко подходить к этой милой птичке. Вперед вышла взволнованная лира Ава, посыльный поклонился ей, не сходя с седла.