Вскоре они снова оказываются на улице, дрожат на автобусной остановке на Джанкшн-стрит. Затем садятся в автобус, который везет их к Лотиан-роуд. Янтарное небо нависает над голубовато-серыми облаками смога.
– Недолго уже осталось, - успокаивает себя Кайфолом, выглядывая в окно и выстукивая бешеный ритм ногами по полу, между тем берется наблюдать за девушками через грязное стекло, представляя их голыми и с облегчением чувствуя, что у него встал. Он решает для себя, что никогда не позволит наркоте стать выше его либидо.

Автобус тарахтит по Лотиан-роуд , и когда подъезжает к Толкросс, Кайфолом чувствует себя совершенно разбитым. Марии еще хуже, она дрожит так сильно, что он подается вперед и кладет ей ладони на колени. Когда они выходят, он пытается сделать беспечным свой вид.

– Помни, Мария, ты должна быть крутой. Флиртуй. Будь сексуальной. Не думай о наркоте и не говори даже ничего о ней, пока Джонни сам не предложит, ты выпила сегодня таблетки?

– Да, выпила!

– Я буду в соседней комнате, не волнуйся. Джонни - хороший парень, - вероломно говорит он, когда они поднимаются по лестнице в притон Лебедя.

Мария теряет контроль, начинает болтать, кусает ногти, но, как только они приближаются к черной двери, Кайфолом жестом приказывает ей заткнуться. Он пытается заглянуть внутрь через щель почтового ящика, прежде чем постучать, но почему-то его пальцы к ней не пролезают. Поэтому он громко стучит в дверь, и ему открывают с криком:

– Заходи!

И так он оказывается в квартире. Проходит в комнату. Кайфолом оглядывается и видит, что с внутренней стороны ящик забили куском клееной фанеры.

В гостиной, кроме дивана и стула, журнального столика с разбитой вазой, пустой клетки на стареньком серванте, календаря рождественского поста, на котором уже открыли все дни и из которого вытащили уже все шоколадки, кровавые пятна на избитых половицам, Мария видит двух мужчин и тревожно смотрит на Кайфолома, прежде чем он знакомит их.

– Мария, это - мой хороший друг, мистер Реймонд Эрли, и наш хозяин, мистер Джонни Свон. А это - Мария, - говорит он и, обняв девушку за плечи, подталкивает ее вперед.

– Где героин?
– спрашивает Мария.

Пиздец, думает Кайфолом.

Сидя на кресле у пустого камина, Джонни громко хохочет:

– Всему свое время, крошка моя сладкая. Правила в этой доме такие: ты ведешь себя очень мило с Белым Лебедем, а он ведет себя мило с тобой. Но, думаю, Саймон и так уже тебе все рассказал.

Мария вдруг трогается с места и мгновенно лишает его самообладания, садясь ему на колени. Пробегается пальчиками ему по груди и касается его грубого подбородок.

– Пойдем в спальню.

– Так уже гораздо лучше, - низким от возбуждения голосом отвечает Лебедь, помогает ей встать, незаметно подмигнув Кайфолому, который отвешивает ему поклон, когда те выходят.

– Как романтично, аж цветами срать хочется, - пренебрежительно комментирует Рэйми, но Кайфолом замечает - слава, слава тебе, Господи!
– что он варит.

– Ты - настоящий царь, Рэйми.

– Да, царь Трахер Первый, - смеется он и поет: - в Лейте халявы не бывает, но мы обещали дать тебе ширнуться ...

Через двадцать минут Кайфолом приходит в себя от криков. Это кричит Мария.

– Просто свари мне!
– кричит она, убегая от Джонни в гостиную.

Она уже надела топ, хотя и наизнанку, теперь по ее рукам бегут оранжевые плетеные швы.

– Какая нетерпеливая. Дай Белому Лебедю минуту, насладиться мгновением после совокупления, - протестует Джонни, одетый в красное шелковое кимоно, украшенное золотыми драконами, и поворачивается к Кайфолому:

– Это «кое-чего», которому ты ее научил, - это лучшее, на что ты способен?

– Просто дай ей героина, - едва заметно пожимает плечами Кайфолом.

– Ну ладно, - отвечает Джонни, несколько расстроившись, и с невыносимой неспешностью начинает готовить дозу.

Он настаивает на том, чтобы она позволила ему уколоть ее, получая удовольствие от этого своеобразного проникновения. Когда Мария благодарно стонет, падая ему на руки, он гладит ее по спутанные волосы с нежностью, которая Кайфолома несколько пугает.

Но ему все мало, за что Джонни должен благодарить; он умоляет, просит, клянчит у него еще «хоть немножко» с собой. Джонни в ответ с каменным лицом читает ему короткую лекцию о базовых законах спроса и предложения, но потом его сексуальные желания побеждают, и он кладет пакетика перед хватким и благодарным Кайфоломом.