Она вышла в гостиную, где ее уже дожидался король, сидя в кресле. При виде девушки он быстро встал и склонился в поклоне.

— Энья Лотэсса, как вы себя чувствуете?

— Вполне сносно, — слегка приукрасив свое положение ответила она. — Благодарю вас.

— Прошу прощения, — вмешалась графиня. — Но мне все-таки кажется, что энью Лотэссу должен осмотреть врач. Эти ужасные синяки…

Король мгновенно помрачнел, а Тэсса мысленно обругала фрейлину за излишнюю болтливость.

— Я подумаю об этом, эна Фиделл, — пообещал Дайриец. — А пока не могли бы вы оставить нас? Мне нужно поговорить с эньей Линсар с глазу на глаз.

— Да, конечно, ваше величество, — графиня присела в реверансе с обиженно-смиренным видом и направилась прочь нарочито шурша юбками.

— За последние пару дней я, кажется, успел нанести этой даме слишком много обид, — усмехнулся Дайриец. — Но кто же виноват, что она все время крутится возле вас, опекая, как заботливая наседка, именно в те моменты, когда мне нужно остаться с вами наедине? Хотя в прошлый раз лучше бы мне этого не делать, — вздохнув добавил он. — По крайней мере, теперь я запомнил ее имя.

— Осталось вам разузнать о заслугах ее покойного мужа, — улыбнулась девушка.

— Полагаю, об этом мне еще доведется услышать. Однако я пришел не ради того, чтоб обсудить почтенную фрейлину. И даже не затем, чтоб узнать о вашем здоровье, хотя нам и придется вернуться к этой теме. Я хотел поговорить о другом.

— О чем? — сердце Тэсс резко забилось.

— Я должен попросить у вас прощения за свою безумную выходку прошлой ночью. Я знаю, моему поведению нет оправданий, но…

— Оставьте, — оборвала его Лотэсса. — Я давно простила. Было бы черной неблагодарностью продолжать корить вас, после того, что вы сделали для меня.

— Это не искупает моей вины перед вами. Не поведи я себя подобным образом, вы бы не сбежали и не стали бы жертвой мерзавцев, от которых мне пришлось вас спасать.

— Вы уверены? Думаете, они не нашли бы другой возможности отомстить мне?

— Полагаю, эти твари во дворце менее опасны, чем в лесу. Хотя кто знает, на что они способны. В любом случае речь не о них, а обо мне. Я повел себя недостойно мужчины, рыцаря и короля. Обещал вам свое покровительство и вместо защиты обидел вас. И все же, полагаясь на ваше великодушие, я молю о прощении.

— Говорю же, что простила, — она подтвердила свои слова улыбкой. — Только скажите, что вы сами не верите в то, что говорили тогда, что не считаете меня шпионкой и распутницей. Скажите, что верите мне!

— Я верю вам, Лотэсса! — король взял ее руки в свои.

Тэсса невольно поморщилась от боли, хотя в другое время была бы счастлива подобному жесту со стороны Валтора.

— Что? — он без церемоний откинул кружевные манжеты, обнажая запястья с темными пятнами синяков. — Прах и пепел! Как мне хочется лично убить каждого из этих мерзавцев! Но это было бы слишком милосердно.

А Лотэсса смотрела на свои руки и вспоминала другие отметины на запястьях — багровые «браслеты», оставшиеся после встречи со змеехвостым на'ари. Надо же, оказывается, люди могут быть куда большими чудовищами, чем самые страшные демоны. И пусть эти синяки пройдут без вмешательства колдовских теней, однако, глядя на них, Тэсс испытывала больший ужас, чем при воспоминаниях о твари Изгоя.

— Признаюсь, сейчас и я жажду их смерти, — она говорила не поднимая глаз, боясь встретиться взглядом с Валтором. — Но хватит и одного Табрэ. Убийство слишком тяжкий груз, даже когда речь идет о таких выродках. Простите, мне не следовало говорить таких вещей и такими словами.

— Они заслуживают смерти, — Дайриец чеканил каждое слово. — Но не от моей руки. Повторю, это было бы слишком гуманно. Они умрут как преступники. На плахе.

— Но ведь они…

— Они аристократы и родня самых главных сановников королевства. Увы, я помню об этом. Но я должен казнить их. Посягнуть на женщину по крови равную принцессе — это деяние за гранью дозволенного людям зла. За такое не может быть иного наказания, кроме смерти. И именно об этом я хотел поговорить с вами.

— О казни? — от ужаса ее голос прозвучал почти шепотом. — Но я бы не хотела стать причиной…

— В том-то и дело, что вы — не причина! — с досадой перебил ее Валтор. — Но, разумеется, близкие этих мерзавцев решат именно так. Они могут ненавидеть меня, но мстить захотят вам. О, как я бы хотел защитить ваше имя, энья Лотэсса, и скрыть ваше отношение к этому гнусному делу. Но вряд ли это возможно. Я не смогу казнить столь родовитых преступников без суда, а на суде правда всплывет так или иначе. Кто знает, что придет в голову Ризу Нолану, когда его брату вынесут смертный приговор. Он — глава тайной службы, в его руках сотни людей и множество способов…