— Что случилось? — строго посмотрела она на сына. Каменные осколки сразу исчезли.

— Он увёл служанку из флигеля. Ту, которая приехала с нами, — пожаловался Григорий.

— Это распоряжение Дмитрия Филипповича, — повторил я. — Мы с ним созвонились, и он приказал Татьяне переехать в город.

— Но когда мы вчера разговаривали, ты не упоминал об этом? — с прищуром посмотрела на меня Ольга Павловна. — Почему?

— Я говорил.

— Но мы просили передать это повеление лично.

— Дмитрий Филиппович посчитал это излишним. В любом случае, вы всегда можете связаться с ним лично. Так же Дмитрий Филиппович велел перевезти в город Елизавету. Я заеду за ней завтра после обеда, просьба поставить её в известность.

— Что ж, указ есть указ, — пожала плечами Ольга Павловна. — Я скажу Елизавете о решении её батюшки. Ещё имеются вопросы? — женщина строго взглянула вначале на сына, потом на меня, словно на двух нашкодивших детей.

— Никаких, — буркнул Георгий.

— Вот и славно. Не будем задерживать Михаила. Верно? — она повернулась ко мне и растянула рот в улыбке, но во взгляде читалось: «проваливай отсюда побыстрее».

Когда я вернулся домой, уже была почти полночь, но Катрин и Таня не спали — сидели на кухне и о чём-то мило беседовали.

— Гляжу, вы нашли общий язык, — сказал я, внутренне напрягшись от того, что Катрин могла сболтнуть что-то лишнее о наших с ней отношениях. Но по взгляду Тани понял, что всё в порядке.

— Да, заболтались, — сказала Таня. — Как всё прошло? Чаю не желаешь? Небось проголодался, пока ездил туда-сюда?

— Не, я пас, — отказался я. — На ужине так обожрался, что пузо до сих пор к земле тянет. Как я и говорил, всё в порядке, вопрос улажен, и Григорий не имеет к нам никаких претензий. Так что можешь расслабиться. Мне с тобой надо твоё жалование обсудить. Но это завтра, хорошо? А то с ног валюсь.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи, и я отправился почевать.

Следующий день начался с того, что я связался с управляющим доходными домами и попросил его подыскать для Елизаветы подходящую квартиру. Хоромы оказались чуть попросторнее моих и стоили более четырёхсот рублей, но цена меня не волновала, ибо аренда лежала на родителях девушки. Квартира находилась в соседнем доме — угловой пятиэтажке с двором-колодцем. Оба эти здания проектировались похожим образом: на первом этаже располагались магазины, на втором-третьем — элитные квартиры, на четвёртом-пятом — жильё попроще, а на мансардах — комнатушки для бедных.

Когда после обеда я приехал в поместье за Елизаветой, я ожидаемо получил от неё кучу помоев в свой адрес.

— С чего это папенька велел меня увезти в какой-то клоповник? — спросила она с подозрением, едва выйдя из дома и увидев меня. С ней было четыре служанки и множество вещей. Я предусмотрительно взял оба наших авто, предвидя, что в одну машину свита и все вещи боярской дочери не поместятся.

Я пожал плечами:

— Не имею ни малейшего представления.

— Врёшь! — Елизавета посмотрела на меня испепеляющим взором. — Небось, ты всё разболтал? Да? Вот ты сволочь! Я когда-нибудь тебя прибью.

— Ну попытайся. Рискни здоровьем, — усмехнулся я, и добавил строго. — Никому ничего я не говорил. У меня своих дел по горло и возиться с твоим переселением мне не в радость. Но такова воля Дмитрия Филипповича, и я ничего не могу с этим поделать так же, как и ты. Так что закрой свой прелестный ротик, залазь в машину, и поехали. Надоело мне с тобой пререкаться. Может, договоримся соблюдать молчаливый нейтралитет, раз у нас всё так сложно? Нам обоим это облегчит жизнь.

Елизавета хмыкнула и села в машину. Но едва мы выехали за пределы поместья, она снова пристала ко мне с расспросами:

— А правду говорят, что ты четырёх витязей сразил в битве?

— Трёх, — поправил я.

— Но ты же никакими чарами не владел. Как ты это смог сделать? — в голосе её уже не ощущалось прежней агрессии, только любопытство.

— Всё тебе расскажи? Повезло.

Она попыталась продолжить расспросы. То ли любопытство мучило её, то ли желала вновь ко мне подкатить, но я отвечал редко и односложно.

Новая квартира Елизавете понравилась, и я вздохнул с облегчением. Теперь предстояло поскорее свалить отсюда.

Перед уходом поговорил наедине со служанками. Оказалось, две женщины — из младшей дружины, приставлены Дмитрием Филипповичем охранять дочь. Я передал пожелание заместителя главы рода и велел сообщать мне, если возникнут проблемы, и особенно, если будет иметь место конфликт с Георгием или ещё кем-то из младшей ветви.

Своим дружинникам я тоже нашёл занятие: приказал выгрузить оружие, боеприпасы и снять технику с прицепов, а потом провести инвентаризацию всего имущества и тщательно проверить каждую винтовку, что мы с собой привезли. Подумал, что на пару-тройку дней работы хватит. А Тане и Катрин я поручил приготовление пищи и прочий быт. Помимо этого Таня должна была обзавестись медикаментами и инструментами, а так же узнать насчёт медицинского института или училища в городе. Поступить она туда по понятным причинам пока не могла, но вот в качестве вольного слушателя посещать лекции была в состоянии.