Шрифт:
Бум!
Еще один удар.
А я стою, не зная, что делать.
– Мой сын, – слышу чей-то голос, полный гордости, и разворачиваюсь. – Наконец-то он перестал подтирать этому сопли.
Оказывается, не я одна была свидетелем этих разборок. Чуть дальше стояли все. Чета Довлатовых, баба Валя и моя мама.
Последняя ничего не понимала и, схватив дядю Жору за руку, ладонью прикрывала рот.
– Доченька… что? Как? Из-за чего?
– Так из-за нее, наверно, – вставляет баба Валя. – Лиль, зря мы с тобой старались их свести. Вот взяли и просто так выгнали рабочих из квартиры. Наши-то сами нашли друг друга.
Потом придется прижать их к стенке. Но это потом…
Обашкин засмеялся.
– Старались они. Дружище, спорим, она тебе через неделю надоест? Вы ее мама, да? Похожи. Знайте, мама, с вашей дочерью поиграются и забудут.
Я видела, как Фил уже занес руку для нового удара, поэтому и подскочила к нему, прижимаясь всем телом.
– Тетя-танк от нас мокрого месте не оставит потом.
– Плевать.
– Мне нет. Пусть проваливает.
Фил тяжело дышит, не отпуская Славика.
– ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ? Славочка, сына.
О, стоило только вспомнить про Обашкину, так она тут как тут. Бежит, спотыкается и громко орет.
– Еще раз увижу, ты пожалеешь. Понял? Обашкин, ты понял?
– Да понял. Отвали от меня. С радостью уйду, чтобы морду твою счастливую больше не видеть. Ты мне всю жизнь испортил, дружище.
– Я?
– А кто еще? Мам, да подожди. – Отталкивает от себя женщину, вытирая кровь с губы. – Весь такой идеальный Фил. Слава, бери пример с Фила. Слава, а Фил это… Фил то… Фил, Фил, Фил… Ненавижу. Вас всех ненавижу.
Ого. Походу, надо вызывать санитаров.
– Сыночка, что ты такое говоришь?
– Правду, мама. Ты с детства мне это твердила. Постоянно вдалбливала, какой Фил хороший, а я фиговый. Прости, что я не такой. Не дотягиваю до нашего великого Фила. А ты…
Я?
– Даже не смотрела на меня. Дура. И я дурак. Ошибся. Не понял, на кого таращился Фил, и подцепил идиотку Смирнову. Такой план провалился. Не могла подыграть?
Честно, я не хотела.
Рука сама потянулась и влепила гаду звонкую пощечину.
– И даже не думайте на меня орать, – сказала, когда тетя-танк открыла рот. – Он сам напросился.
– Галь, - заговорила мама моего Довлатова. – Забирай сына, и уходите. Нечего ему здесь делать.
Полностью согласна с этой женщиной, которая стала поближе к моей родительнице.
Фил не сразу, но все же посмотрел на меня.
– Марусь, прости, охрана не доглядела, и он вошел. Я не услышал все, что он наговорил, но…
– Я ТЕБЕ верю, – перебиваю его. – Иначе побитым уходил бы ты.
– Я тебя люблю, Сажина. И с того дня, когда я первый раз увидел тебя в кафе, у меня никого не было. Поклялся себе, что обязательно найду эту наглую девчонку. И нашел. Теперь не отпущу.
– Кто-нибудь объяснит мне, что здесь произошло?
Ох, мама. Как же не вовремя ты решила заговорить.
– Верунь, любовь у нас тут, – отвечает ей баба Валя и берет ее под руку. – Пойдем, с будущими родственниками познакомлю. Породнимся мы с тобой, Верунчик. Лиль, знакомься…
Наверно, моя улыбка освещала весь город. А блеск в глазах был виден из космоса. Взявшись за руки, мы с Филом вышли на улицу. Он рассказывал про Обашкина, про их так называемую дружбу, и знаете… Мне было жаль Славика. Он не виноват в своих поступках. Его просто таким воспитали. Его мать во всем виновата. Она с детства ставила его на второе место, а он всеми силами пытался взобраться наверх.
– Как там Смирнова? Может, позвонить?
– Дай ей время. Завтра вместе встретимся с ней и поговорим.
– Ты тоже?
– Я плохо о ней думал. Хочется извиниться.
– С чего ты вообще взял, что она была с Барашкиным из-за денег?
– Тогда я не понимал, что влюбиться в человека можно за такой короткий срок.
– Сейчас понимаешь?
Легкий поцелуй в висок, и я чувствую, как руки Фила обнимают меня.
– Сейчас понимаю. Ты даже не представляешь, как я испугался, когда подумал, что ты сможешь поверить Славе. Уже начал перебирать в голове все слова, чтобы переубедить. Потом решил, что запру тебя в номере и не выпущу, пока не выслушаешь.
– Когда успел-то? Ты же почти сразу ему врезал? Кстати, больно?
– Не больно, – рычит он, еще сильнее прижимая меня к себе. – Вот перед тем, как врезать, тогда и решил. Я тебя никому не отдам. Прямо сегодня поедем к теть Вале и перевезем все вещи.
– В отель? Чтобы мне не пришло в голову снова громить твою кухню в попытках испечь торт?
– Я согласен каждый день есть твои горелые торты.
Смотрела на парня и не верила своим ушам. Это вообще законно, быть таким классным? Если нет, то я готова взять его под стражу.