— Спасибо. Не хочу. — Его голос был хриплым и утомленным. — Не расслабляйся, ты не прошла еще и половины пути.

И она снова полезла наверх. По-кошачьи, прижимаясь животом к ступеням, часто облизывая пересохшие губы. А потом в какой-то момент подниматься стало легче. Море, всю землю внизу заволокло красноватым туманом, и теперь Хул видела только лестницу и черную гладкую скалу с двух сторон от себя. Небо… если здесь было настоящее небо, тоже казалось затянутым блеклой пеленой облаков.

Оно не приближалось, как и туман внизу не отдалялся. Сознание Хул вдруг стало неуправляемым. Временами у нее возникало ощущение, что она, старательно забираясь наверх, на самом дела остается на одном месте. Это было странно… страшно. Хотелось выпрямиться, встать в полный рост и побежать вперед, перепрыгивая сразу через три ступеньки. Рубиновый Ключ неожиданно потеплел, а потом и вовсе стал горячим. Наверное, тоже чувствовал приближение Огненного мира.

Хул потерла шею, натертую цепочкой, и вдруг поняла, что смутно тревожит ее все это время.

— Мешок! — воскликнула она и стала торопливо спускаться, больно стукаясь коленями и локтями о ступени.

— Что ты делаешь?! — очнулся Эмил. — Куда ты?!

— Я забыла мешок, — сосредоточенно пояснила Хул. — Где-то внизу.

— С ума сошла! — заорал колдун. — Из-за какого-то мешка!..

— Там моя статуэтка… идол.

— Да хоть два десятка идолов! Ты не можешь сейчас вернуться. У нас нет времени! Послушай меня, ты не поднимешься сюда второй раз! Стой!

Хул замерла, прижалась щекой к теплым ступеням.

— Там мой идол, — тупо повторила она.

— Ты найдешь его на обратной дороге, — кажется, Эмил старался быть терпеливым, но это удавалось ему с трудом.

— А Ключ?

— Что Ключ?!

— Он стал горячим. Он меня жжет.

— Хул, не сходи с ума. Осталось совсем немного.

— Эмил, я боюсь. Мне плохо, больно.

— Я знаю. — Его резкий тон смягчился, Эмил стал почти прежним, который утешал ее в своем замке давным-давно. — На тебя действует приближение Огненного мира. Его вибрации разрушительны для демонов. Тебя защитит мой Ключ. Иди вперед.

— Я отдохну немного, можно?

— Нет, отдыхать нельзя. Ты должна идти.

— Я не могу.

— Тогда ползи, карабкайся, но только двигайся… Слушай мой голос, я буду говорить с тобой.

И он стал говорить. Нес какую-то чушь, видимо все, что приходило ему в голову. О своих детских человеческих воспоминаниях, мечтах, пересказывал содержание заумных книг, обещал какие-то невероятные сокровища в конце их путешествия. Хул лезла наверх по бесконечной лестнице, слушала голос колдуна и старалась не замечать странности, которые творились вокруг нее. Периодически демонице казалось, что она слепнет. Перед глазами начинала клубиться мутная пелена, в которой размывались очертания лестницы, ступени приходилось находить на ощупь. «Не бойся, — успокаивал Эмил. — Так и должно быть. Твои глаза не могут настроиться на восприятие более тонкой материи. А жаль, иначе, наверное, увидела бы поразительные вещи».

Выслушивая эти комментарии, Хул злилась на заумного сообщника, у которого на все имелось научное объяснение: на враждебный мир, делавший ее слепой и беспомощной, на Буллфера… нет, на Буллфера она больше не злилась. Удивительно, Хул вспомнила о нем впервые после утомительного блуждания по храмам Падших. Он стал ей почти безразличен… Все стало безразлично, кроме этой проклятой лестницы, впивающейся гранями ступеней ей в ребра.

А потом перестала помогать даже злость. Скала начала дрожать, из нее выпадали огромные куски и беззвучно падали вниз, оставляя после себя глубокие дыры, трещины… пропасти. Только лестница пока оставалась относительно целой.

— Эмил, скажи, что мне все это только кажется, — жалобно попросила Хул, когда внушительный фрагмент скалы медленно раскололся надвое и провалился, увлекая вместе с собой значительную часть лестницы. Теперь демоница лежала на краю пропасти. — Может быть, это тоже проделки твоего Огненного мира?

— Не знаю, — прозвучало глухо в ответ.

Хул поежилась, увидев новую напасть. Из пустоты, в которую она напряженно всматривалась, выплыли четыре серые колонны. Они висели на одном месте, слегка покачиваясь, и не вызывали у демоницы никакого доверия.

— Может, все-таки повернуть назад? — вкрадчиво предложила Хул, рассматривая странные столбы, но колдун не обратил внимания на ее разумную идею.

Кажется, он напряженно думал, и демонице оставалось только терпеливо ждать, когда он выдаст что-нибудь полезное. Но она так и не дождалась, потому что услышала его тихий, странно прерывающийся голос, произносящий какую-то чепуху. Колдун читал то ли древнюю книгу, то ли заклинание:

«Четыре камня должны быть в основании действий ваших: