Парочка сначала сидела довольно чинно и шушукалась. Потом они встали и направились к танцплощадке, где практически смешались с толпой, бесновавшейся в свете стробоскопа под руководством диджея c немыслимой прической.

Один раз шаман объявил медленный танец — и Валера опять начал страдать, представляя, как сейчас этот лощеный хлыст лапает, наверное, Полинкину мягкую попку. Видеть их со своего места он не мог.

Лобанов посидел еще некоторое время и видел, как его девушка и незнакомец вернулись, разгоряченные, к своему столику. Тогда он, успевший, покуда парочка плясала, разогреться до необходимой температуры еще двумя двойными «Немировыми», встал и направился к ним.

Полина заметила его сразу, и Валера понял, что приходить сюда ему стоило хотя бы для того, чтоб увидеть выражение ее лица. Она буквально онемела от неожиданности и не могла вымолвить ни слова, Валерий же, игнорируя девушку, любезно обратился к ее кавалеру:

— Вы позволите пригласить вашу даму на танец? Неизвестный тревожно поглядел на свою спутницу, а Полина наконец сумела выдавить:

— Валера, что ты здесь делаешь? Ты следил за мной?

— Я?! Следил?! — даже возмутился Лобанов. — Не-ет. Так, шел мимо, да и зашел на огонек.

— Ты его знаешь? — строго спросил Полину ее кавалер.

— Денис, я сейчас все объясню.

— Ах, так это Денис? Очень приятно, — ухмыльнулся Валерий, изучая соперника, который при ближайшем рассмотрении оказался очень красивым мужиком и к тому же гигантского роста.

— Да, мне тоже, — рассеянно кивнул Денис, — без рукопожатий обойдемся, ладно?

— Денис, я объясню, — продолжала лебезить Полина.

— Не надо, я уже все понял. Посиди здесь, а мы с твоим другом коротко поговорим. Пойдем, мужик, отойдем в сторонку, если ты не против.

Они вышли в соседний зал, где народу было немного меньше.

— Значит, так, — начал Денис, который, видимо, привык чувствовать себя лидером везде и всегда. — Произошла неувязка. Я не знал, что у Полины есть постоянный парень. Обижать тебя не собирался. Но все уже сложилось так, как сложилось. Я пришел сюда с ней и уйду тоже с ней. Без скандала.

Он подумал:

— Где-то через полчасика мы исчезнем, я отвезу ее домой и сам поеду спать. А ты уедешь сейчас, тоже мирно и без скандала. А завтра вы уже сами разберетесь в своих отношениях. Без меня.

— Вот как? — задумчиво вымолвил до сих пор молчавший Лобанов.

— Что скажешь?

Валера сопел и смотрел на соперника. Тот был на голову выше его, но это Лобанова не смущало.

— Скажу, что выслушал тебя с интересом. Он сильно размахнулся и с удовольствием заехал Денису в челюсть.

Подобной бешеной, разнузданной пьяной драки «Клуб-666» (довольно-таки респектабельный) еще не видел за все десятилетие своего существования. Каким-то образом в потасовку втянулись все, кто только мог. Подробностей Валера Лобанов не помнил, только детали. Соперника своего он потерял из виду практически сразу, он куда-то канул в общей кутерьме. Помнил, как его сбили с ног и кто-то пинал его ногами. Помнил, как он сумел подняться и довольно-таки тяжелым стулом хрястнул кому-то по черепу. Помнил, как начало тошнить.

Приезда милиции он не помнил тоже.

Наряд вызвал менеджер клуба, когда понял, что попытки остановить драку собственными средствами — с помощью нескольких дюжих официантов — ни к чему не приводят. Многочисленные свидетели дружно указали на Валеру как на главного зачинщика потасовки. Его и еще нескольких наиболее активных драчунов милиционеры увезли с собой, после того как страсти улеглись и порядок был восстановлен. Характерно, что этот здоровяк Денис сумел улизнуть в суматохе.

Так Валера Лобанов попал в отделение милиции, где его разместили в так называемом «обезьяннике».

В «обезьяннике» Валере не понравилось. Страха не было, нет. Он, Лобанов, парень бывалый, Чечню прошел. Его так легко не напугаешь. Во всяком случае, перспектива провести ночь в компании нескольких десятков уголовников и хулиганов не парализовала его. А что? Люди как люди, на фронте попадались кадры и поколоритнее. Не смущал его и запах грязи и потных человеческих тел, а равно убогие нары и стены, крашенные шаровой краской. Ему мешал не весь этот внешний антураж, а сама по себе неволя, как таковая, то есть невозможность выйти отсюда и направиться, куда ему хочется.

Он лег на нары, скрестил руки за головой и стал вспоминать свой разговор с Тарасом Еременко.

— Ты пойми, братан, бабки-то мне нужны, но…

— Что? Что тебе не нравится? — кипятился Еременко.

— Но ведь это же убийство! — тихо вскрикнул Валера.

— Ну да! — спокойно согласился Тарас. — Убийство. А в Чечне было не убийство? Почему там ты минировал дороги, размещал ловушки, и все было нормально? Тебе не мешало. А ведь на них каждый день подрывались люди и отбрасывали прочь свои копыта.