Сама не заметила как перешла с ним на «ты», но Февраль ничего по этому поводу не сказал или не обратил внимания, и я решила, что всё нормально. Тем более, просто так он бы не стал дарить мне такое платье и знакомить со своим другом. Так ведь? Или я себе что-то придумала?

Февраль на мои слова снова улыбнулся и сказал:

— Зимовий соскучился, впрочем как и я… Хочешь со мной прокатиться? — неожиданно предложил Февраль.

Отказываться было бы глупо с моей стороны. Когда я ещё прокачусь на скакуне Февраля? Да ещё вместе с таким мужчиной рядом?

— С удовольствием, — ответила ему и не удержавшись, захлопала в ладоши.

Судя по выражению лица, Февраль сейчас был на седьмом небе от счастья.

Он ловко и грациозно вскочил на своего скакуна и протянул мне руку.

Вложила ладошку в его руку и в одно мгновение оказалась на твёрдой спине коня.

Я никогда не ездила верхом, и новые ощущения были для меня слегка пугающими.

Не ожидала я, если честно, что сидеть верхом окажется настолько подвижно, страшно, и так высоко!

Со страха вцепилась в густую гриву скакуна и забыла как дышать.

Мужчина почувствовал мою скованность и прошептал на ухо.

— Я не позволю тебе упасть, маленькая Кира. Я держу тебя крепко. Расслабься.

Повернула к нему лицо и наши губы оказались в опасной близости друг от друга. Всего пара миллиметров разделяла нас от нового поцелуя.

— Я тебе верю, — сказала ему и решила довериться этому мужчине.

Выдохнула и постаралась немного расслабиться.

Конь под нами бил копытом и я чувствовала, что он только и ждёт приказа своего хозяина и друга, чтобы мгновенно сорваться и понестись во весь опор. Сильный конь жаждал скорости, жаждал размять свои могучие мышцы. Он соскучился по простору и по воле.

— Вперёд, мой друг! Вперёд, Зимовий! — разнёсся вдруг голос Февраля по округе.

Его руки плотнее охватили меня за талию и прижали к себе.

Волнительно и страшно! Адреналин забурлил в моей крови. Сердце бросилось вскачь, и я в замерла в ожидании новых ощущений.

В животе появилось восхитительное волнение, которое возникает лишь тогда, когда ждёшь чего-то особенного, какого-то волшебства, настоящего чуда, и чудо произошло!

Зимовий сорвался с места и поскакал.

Его сильные ноги уносили нас не по земле, а высоко в небо!

Невероятно!

Ветер присоединился к нам и его радостный и залихватский свист добавлял задора и радости. Февраль смеялся и подгонял своего коня.

Его сильные руки надёжно и крепко меня держали, а моя спина была прижата к его груди. Приятные ощущения…

Земля осталась далеко внизу, и я от невероятных ощущений закричала и засмеялась!

Уверенная в том, что Февраль не даст мне упасть, я раскрыла руки в стороны словно хотела обнять весь мир и громко закричала:

— Да-а-а! Это прекрасно-о-о-о! Февра-а-аль! Я обожаю тебя-я-а-а!

За спиной услышала его смех, и душа моя запела ещё громче.

Впечатлений я получила массу!

Но конь поднимал нас всё выше и выше и вдруг, тёмная синяя бархатная ночь, усыпанная бриллиантами звёзд и серебром снежинок, неожиданно сменилась совершенно другим пейзажем — серым, угрюмым и до невозможности знакомым…

Я глянула вниз и от увиденного у меня все внутренности словно сжались и перевернулись. А от необъяснимого страха в горле застыл горький ком.

Внизу раскинулся город — тот город, из которого я сбежала за сильфидами к Февралю…

Смотрела вниз, и мне казалось, будто та жизнь была не моя, а чья-то чужая…

Серые дома грусть навевали, а большая грязь от смога скопилась по обочинам дорог…

Снег падал и падал, но оседал в этой блестящей грязи, измазывая свои белые одежды…

Деревья словно в трауре стояли. А тот снег, что когда-то укрывал их сверху пушистым одеялом — осыпался и истаял…

На перекрёстках дорог тормоза машин скрипели и стонали, и люди устало переходили дорогу на мигающий зелёным огоньком светофор…

И я смотрела на этот серый и унылый город с высоты и ощущала себя свободной птицей, и не желала возвращаться сюда, в этот нелюбимый город…

Всей душой и всем сердцем я желала остаться с Февралём, не против я, даже если и навсегда…

— Февраль, ты решил вернуть мня назад? — не могла я у него не спросить. — Но почему?

Почувствовала, как на глаза набежали горячие слёзы… Не хочу я сюда! Не хочу…

— Маленькая Кира, — раздался его вздох у самого моего уха. — Я не собираюсь тебя возвращать.