Громко чихнув, Эдван вытер несколько выступивших слезинок с глаз и вернулся к прерванному занятию. Сейчас он усиленно тренировался в создании техники, которую начал осваивать ещё в ледяной пещере. С восхождением на вторую ступень его контроль атры несколько ослаб с непривычки, но зато количество доступной силы и способность тела эту силу пропускать возросли в разы. Повинуясь воле юноши, крепко сжатый кулак окутывало белым свечением и атра, оказавшись снаружи, быстро обретала форму широкого треугольного лезвия, которое торчало из тыльной стороны ладони. На всё про всё уходило чуть больше одной секунды, отчего Лаут поморщился. Даже такой результат казался ему долгим и, сказать по правде, так оно и было. В равном бою у него просто не будет возможности использовать её, чтобы не отхватить при этом удар чьей-то когтистой лапы. А ведь потом нужно будет добавить и силу контракта, чтобы техника стала по-настоящему завершённой.

Воины, что шли на некотором отдалении от изгнанника, косились на юношу со смесью зависти и восхищения. Взрослые мужчины, за всю свою жизнь не сумевшие прорваться за границы колодца, никак не могли определиться со своим отношением к парню. С одной стороны такая сила и умение в столь юном возрасте удивляли их, но с другой, для солдат это было сродни ножу в сердце. Осознавать, что тебя, умудрённого опытом воина обошёл не какой-то аристократ и боец Когтя, а простолюдин изгнанник, было крайне неприятно, несмотря на слухи про грань и прочие байки, что рассказывали о Лауте.

Сам парень, не обращая внимания на странные взгляды, мыслями своими был уже в городе. Вспоминал тренировочные площадки академии, свою маленькую комнату в корпусе и тихий сад, где провёл больше месяца в непрерывной медитации. Возвращение вызывало у него двоякие чувства. С одной стороны, от одной мысли о том, что он вновь увидется с Лизой, сердце начинало стучать быстрее. Хотелось обнять её, поцеловать, узнать, в конце концов, как далеко она смогла пройти по пути развития благодаря его тетради. Но с другой стороны, душу Эдвана царапало странное дурное предчувствие, такое, словно в городе его поджидала какая-то западня, а он радостно шёл в раскрытый капкан. Если говорить на чистоту с самим собой, он даже толком не понимал, зачем они туда направляются. В то, что патриархи великих семей или глава города решат вдруг прислушаться к предупреждениям какого-то, пусть и очень могущественного, но чужака, он не верил. Точно так же он не верил, что в городе их примут с распростертыми объятиями. Не с клеймом изгнанников…

«Надеюсь, присутствие Агнара сдержит их порывы…» — подумал Эдван, поёжившись. Ему совершенно не хотелось по возвращении вновь стать мишенью для отрядов Когтя, желающих добраться до его знаний, — «И чего он вообще добивается?» — подумал парень, глядя на сосредоточенного здоровяка, которому что-то активно втолковывал Марис, размахивая руками.

«Просто предупредить можно было и через Аро. Хочет посмотреть на сам город? Оценить силы? Отвадить Мо своим присутствием?» — нахмурившись, юноша перебрал в голове варианты, но так и не пришёл к какому-то определённому мнению, скрипнув зубами от досады. Сам Агнар, когда Лаут задал ему этот вопрос, лишь рассмеялся и заявил, что он «сам всё увидит». Что «всё», парень так и не понял.

— Эд! — крик Мариса выдернул юношу из задумчивости, — иди сюда!

Развеяв технику энергетического лезвия на ладони, юноша перехватил поудобнее мешок с камнями и прибавил шагу, догоняя друзей, которые до сих пор с завидным усердием пытались наладить контакт. Получалось у них довольно неплохо, но, видимо, далеко не всё можно было объяснить кривыми словами и жестами. Предположение Лаута о том, что товарищу понадобился переводчик, полностью подтвердились.

— Эдван, слушай… — немного замялся Марис, — можешь спросить кое-что у Агнара про… про твой контракт молнии?

— Бури, — поправил парень и, увидев, как товарищ недоверчиво прищурился, указал пальцем на затянутое тучами небо, — это контракт бури. И зачем он тебе понадобился? Больше двух контрактов заключить всё равно не выйдет.

— Нет-нет, ты не понял, — Морето поднял руки в примирительном жесте, — мне не нужен секрет… бури. Просто, понимаешь, я хочу узнать, как он смог его передать так просто? Это ведь должна быть какая-то особая техника, да?

— Кто-то сказал особая техника? — словно из ниоткуда за спиной юноши возникла Амина, — я тоже хочу послушать.

Глядя на друга и блондинку, Эдван невольно заулыбался. Он-то предполагал, что в тот момент, когда Агнар просто броском клинка подарил парню контракт бури, все поняли, что же случилось. Как оказалось, осознал суть произошедшего он один, а для остальных это было лишь какой-то мистической техникой передачи и не более того…

«Это будет забавно», — подумал парень, и уже вслух ответил товарищам, — хорошо, я помогу. Спрашивай, а я буду переводить.

Обрадованный Марис быстро ввёл Амину в курс дела и, на несколько секунд задумавшись над формулировкой, задал здоровяку вопрос, который мучил его вот уже несколько дней.

— А зачем мне какие-то ритуалы?! — спросил мужчина, не скрывая удивления.

— К-как зачем? — опешил благородный, — чтобы заключить контракт, нужно же воззвать к хранителю… получить его одобрение… это же основы! — по мере его речи, Эдван честно переводил всё вполголоса Агнару. Тот, дослушав сбивчивые слова смуглого юноши, так же вполголоса уточнил у Лаута несколько слов на языке города и повернулся обратно к Марису, чтобы ответить ему напрямую.

— За-чем… взывать хранителя? — недоумлённо пожал плечами он, — Я… же прямо здесь… стою!