Султан вскочил на ноги и помчался прочь...

– Вон он!
– Атгиреев боковым зрением усек движение на перекрестке и перевалился набок.

АКМС затрещал, по доскам чердачного перекрытия раскатились дымящиеся гильзы.

Бегущий человек метну лея в сторону, споткнулся и ударился о бампер микроавтобуса, стоявшего у ворот.

Лечи перевел огонь ниже и с удовлетворением увидел, как пули разворотили спину мишени.

Человека бросило на землю, он забился, пытаясь отползти под днище автомобиля, потом резко выгнулся и ткнулся головой в пожухлую траву. Ноги судорожно задергались, руки вытянулись вдоль тела, и убитый замер неподвижно.

– Готов!
– Атгиреев горделиво ухмыльнулся.

Исмаилов с уважением посмотрел на молодого товарища.

– Будут знать!
– Лечи полез в карман за самокруткой.

* * *

Министр государственной пропаганды России укоризненно взглянул на тезку-собеседника.

– Миша, ну так нельзя...

– А в чем дело?
– ведущий высокорейтинговой программы "Однако" исподлобья уставился на чиновника.

– Это тебе не хиханьки-хаханьки, а серьезнейшее предприятие. Руководство выразило мне свое крайнее неудовольствие.

– Они что, неприкосновенные?
– прохрипел журналист.

– Ну, в общем...

– Миша, заканчивай ходить вокруг да около!
– телекомментатор сделал вид, что готов покинуть министерский кабинет.
– Скажи прямо - на МиГе запаниковали, что я им сорву контракты с израильтянами на поставку авионики. А там сто семьдесят лимонов бакинских крутятся.

– Мне такие тонкости неизвестны, - выкрутился Зозуля.

– Как же!
– журналист гордо откинул голову назад.
– Засуетились, уродцы. Тебя вон подключили... На студии уже телефон раскалился. Все звонят и звонят, договориться пытаются. Не выйдет! У меня документы на руках имеются, как они ВПК гробят, на наши планеры сплошь западную технику ставят. Бумажки оригинальные, не подкопаешься...

– Я и не собираюсь, - министр государственной пропаганды выглядел довольно жалко.

– Не о тебе речь.

– И все же... Ты бы поосторожнее их мочил. Не ровен час...

– Я это уже слышал.

– Эксклюзив от Кацнельсона хочешь?
– Зозуля понизил голос.

– Смотря какой...

– По "Мценску".

– Кто ж его не хочет!
– Телерепортер сел прямо.
– А что?

– Илья Иосич может поспособствовать, - пояснил министр.
– Как-никак, его назначили председателем госкомиссии.

– А взамен?

– Сними претензии к МиГу... Журналист задумался.

На развитии темы о подрыве боеготовности отечественных ВВС можно было сидеть еще полгода-год, особенно не утруждая себя поиском нового материала. Ситуация в ВПК, чьи руководители практически в открытую сдавали позиции на рынках высоких технологий, давала неисчерпаемую пищу для острых репортажей.

С другой стороны, не сказать ничего нового по поводу трагедии на море ведущий "Однако" не мог себе позволить. Зрители жаждали сенсации, и обычно комментатор оправдывал их ожидания. Он одним из первых начинал размахивать пачками компромата и хрипло орать с экрана, обличая, анализируя и подкалывая промахнувшихся государственных мужей. Раньше него выступал лишь Одуренко, но у того в последнее время возникли разногласия с руководством канала, и "телекиллер" уже паковал вещички.

– Что за эксклюзив?

– Поговоришь и узнаешь, - обтекаемо сказал министр.

– Так не пойдет.

– Почему?

– Это кот в мешке. Я соглашусь, а потом тот же Кацнельсон мне заявит, что лодка ударилась об айсберг. Вот и весь эксклюзив. Менять МиГ на кусок льда непрактично. И непатриотично, - усмехнулся журналист.

– Да погоди ты! Какой айсберг?

– Обычный, из Арктики... Эту историю я уже слышал.

– Там было столкновение, как мне известно, - намекнул Зозуля.
– Но не с айсбергом, а с чужой лодкой...

– Интересно, однако бездоказательно.

– Доказательства тебе дадут Кацнельсон и Самохвалов.

– А гарантии?

– Чего ты хочешь?

– Пусть Иосич мне позвонит. Сам. И я с ним договорюсь.

– Это реально, - согласно кивнул министр.
– Только после его возвращения из Североморска...

– Раньше никак?

– Он приедет в субботу, через три дня...

– А-а! Тогда нормально, - первый после окончания отпуска ведущего выпуск "Однако" должен был выйти в эфир двадцать первого августа, до него оставалось пять суток.
– Успею.

– Естественно, успеешь, - Зозуля расслабленно откинулся в кресле. Хороший контакт с Кацнельсоном тебе не повредит. Он вице-премьер как раз по оборонке, а это твой профиль. Ты ему подсобишь, потом он тебе...

Журналист пригладил щетину на подбородке.

– Симбиоз, однако.

– Взаимопонимание, - министр поднял вверх указательный палец.
– Худой мир завсегда лучше доброй ссоры...

"Кто бы говорил!
– внутренне разозлился телерепортер.
– Он думает, я не знаю про отстрел рекламщиков! И про то, что он самолично половину "шлепков" заказывал..."