***

Опустив винтовку, я вздохнул. Что ж, вот сейчас точно можно сказать, что всё, отомстил всем. Зарядив магазин винтовки, повесив ту на плечо, я сел на мотоцикл и покатил прочь от авиазавода, где Черчилль, премьер-министр Англии, недавно с трибуны говорил речь работникам завода.

Знаете, мало кому доведётся отомстить лично за собственное убийство, возможно я один такой уникальный, да, скорее всего так и есть, однако мне это удалось. Нет, Черчилль как раз в моём убийстве не виноват, хотя возможно порадовался этому. Просто быть в Англии и не убить Черчилля? Против себя я не пойду. Однако от мести, как ни странно, я получал несравнимое удовольствие, как бы сказал какой подросток – ловил кайф. Это точно, прямо в суть ткнул. Жаль, но всё закончилось. Два с половиной месяца назад, я покинул Турцию, продал самолёт в Греции, паспорт у «Сесны» был, на треть цену сбросил, мигом забрали и даже имени не спросили. Я потом на эти деньги два месяца во Франции и жил, восстанавливался. Всё ещё скелет, но уже обросший мясом. Точнее мускулами. В последнее дни пробегаю десять километров, не запыхавшись. Теперь бегаю пять, но с грузом в пять килограмм в рюкзаке. Восстанавливаюсь. Время поджимало, так что решил начать мстить. Кстати, деньги с американцев положил на счёт в Париже. Даже документы не потребовалось чтобы его открыть, счёт не накопительный, а сберегательный, забрать деньги может любой, кто знает код. Сохраннее будут, если потребуется чуть позже использую. А так деньги были, на акцию мщения хватало. В общем, я всё это время жил в окрестностях Парижа, добирался зайцем на поезде, от пограничников прятался, но доехал. Снял домик на окраине и жил, отъедаясь. Частный врач меня сопровождал, пичкая лекарствами, залечил ожоги на руках, но именно благодаря ему я избавился от всех болячек. Даже стоматолога посетил, зубы в порядок привёл. Документов как не было, так и нет, без надобности мне они пока. Человек-невидимка. Ну и восстанавливался. А когда решил что сил хватит, угнал с частного аэродрома, тот находился в окрестностях Парижа, самолёт. Он принадлежал британскому банкиру, та же «Сесна-170», и перелетел в Англию.

Дальше нашёл княгиню, её не зачистили, и по-взрослому поговорил с ней. Когда передал привет от Ивана, та сразу поплыла, чуть ли не при мне поседела. Однако не знал какую репутацию приобрёл в прошлом теле. В общем, та весь расклад и выдала. Знаете, может кто скажет, что я не прав, что нужно держатся своих принципов, но я её не убил. Дети её были в этом доме, спали, и оставлять мать с ними в доме вне кондиции, мне это было не по душе. В общем, её в живых оставил. А любовника её, я в дом ночью проник, в спальне наше общение шло, этого жалеть не стал. Отрезанную голову на подушку положил и сообщил княгине:

– Не советую возвращаться в Россию, или вредить ей, найду и уничтожу.

После этого я покинул особняк. Сам я весь в чёрном был, с ножами и кинжалом на поясе. Маска лицо скрывала, только глаза видно. Представлялся, Иваном Михайловым. Телефонные провода в доме я оборвал, чтобы княгиня, когда придёт в себя, не предупредила своих. И сразу же посетил её родителей. Вот этих жалеть не стал, и надпись на стене оставил. На английском:

«Чтоб быть справедливым возмездье могло. Лишь злом воздавать подобает за зло. Генерал Волков убит, но те кто приказали убить его, тоже поплатятся за это».

Остались трое, двое члены королевской семьи и один из действующих министров. Между прочим, лорд. Сразу как стало известно о возмездии, начались широкомасштабные поиски, но меня это не волновало. Министра я подловил в его же кабинете, тот часто работал допоздна, сняв живьём кожу и оставил надпись на стене:

«Инстинкт мести в конечном счете есть ни что иное, как инстинкт самосохранения. Генерал Волков убит, и даже большие расстояния не спасут его убийц от мести».

Вот тут запаниковали и те двое. Один решил податься в бега. Королевский кортеж с немалой охраной, плюс четыре бронетранспортёра с солдатами, на большой скорости направился в сторону аэродрома. На одной из улиц рвануло сразу четыре припаркованных автомобиля, превратив кортеж в пылающие обломки. Погибли все. В машинах было подобие напалма, накрыло всю улицу. Были случайные жертвы среди жителей и прохожих. А на рекламном плакате нашли надпись:

«Ошибочно думать, что месть представляет только бесполезную жестокость. Генерал Волков убит, остался последний убийца, и скоро придёт его черёд».

Последний закрылся у себя в замке, подходы охранял целый батальон солдат, даже минные поля сделали вокруг и патрули с собаками. Два дня подготовки и дворецкий нашёл своего хозяина в кабинете, всего распотрошённого, а рядом лежало тело кузины, той самой княгини Романовой. Если не хватило мозгов понять, что в это дело лезть не стоит, то нужно показать, что она ошиблась. К тому же детей её тут не было. Голова княгини лежала на подносе. На стене осталась последняя в этой истории надпись:

«Неспособному мстить остается только ненавидеть. Генерал Волков убит, да свершилось правосудие и все кто виновен в его гибели понесли заслуженное наказание. Помните, наказание всегда свершается, иногда принимая удивительные формы».

На этом всё, на второй день, то есть, сегодня, я совершил ликвидацию Черчилля, это первый его официальный выезд после всех похорон, в Англии царил траур. В кортеже погиб наследник престола и ещё трое членов королевской семьи. Десять дней я нахожусь в Англии, и столько всего успел сделать. Причину заказа я выяснил. Моя догадка верна, княгиня желала стать Императрицей и шла на всё, сметая всех со своего пути. Так что, когда через её родителей поступил приказ ликвидировать Волкова, та согласилась сразу. О том, что я решил вернуться, в Англии узнали уже через час после того как я императорский дворец покинул, быстро всё обговорили и приняли решение, и этим же днём передали приказ-просьбу задействовать все возможные силы. Та надавила на мужа, а он приказал своему подручному Казарину. И дальше понятно. Это как произошло, а теперь почему. Боялись. Я как генерал был сильно непредсказуем, а провал в этой войне им не нужен. Кстати, я не первый генерал, который умеет работать головой, мозгами, а не есть в неё, были и другие, которых те ликвидировали. Перед самой войной пошло поветрие с гибелью нескольких командующих и других генералов и адмиралов. Их считали опасными. Остались, скажем так, бездари. Ну не знаю, эти «бездари», ещё держатся. Может они не такие и хорошие командиры, за них работают замы, другие офицеры, те же солдаты, но пока держаться. Год война идёт, а всех тех задач, которые распланировала Антанта, так и не достигли. Кстати, генштаб быстро заткнул дыру после гибели генералов и адмиралов. Выдали звания полковникам и капитанам первого ранга, из лучших. Думаю, это тоже сказалось. Приказ Алексей подписал. Так что за этот год и войска и офицеры получили богатый боевой опыт, пусть только от обороны, но главное он есть, надеюсь научаться и наступать.

После ликвидации Черчилля, я задумался что мне дальше делать. Возвращаться в Россию я не хочу, но помочь нашим тоже желаю. Раз в гнезде врага нахожусь, то займусь его мягким подбрюшьем. Я получил опыт диверсанта, проникая на разные охраняемые объекты, теперь нужно усилить опыт проникновением и уничтожением других объектов. Заводов, складов, доков. В общем, список большой. Да, я собирался нанести удар в этот раз по производствам.

***

Следующий месяц в Англии царил ад. Первую неделю я пустил на подготовку, вскрыл склад со строительной взрывчаткой, вывез три грузовика, потом делал детонаторы и часовые механизмы для инициации. Уходить далеко не стал, использовал обычные часы, где наручные, а где и будильники. С ними даже проще было. А вот потом началось. Я считал, что сделал не так и много за эти три недели, мог бы и больше, но думаю другие со мной не согласятся. За три недели я уничтожил их инфраструктуры, состоявшие из: восемь железнодорожных мостов, всегда врывал, когда по ним поезда проходили, так восстановить тяжело и дольше, восемьдесят шесть автомостов, большая часть деревянная, так что просто обливал бензином и поджигал, оттого такие цифры. А взорвал всего пять автомостов, интереса для меня они не представляли, просто мимо не мог проехать. Так вот, дальше по списку, три плотины, двенадцать шлюзов на реках, две гидроэлектростанции, два военных аэродрома. Из производств: двенадцать заводов, восемь фабрик и четыре дока. Маловато. Причём один док с крупным кораблём внутри. Я ему подорвал погреб со снарядами носовой башни. И последняя операция, за неё я вправе гордится. Её провёл три часа назад, решив, что пора закругляться. Я узнал, что недавно сформированный пехотный полк, закончив формирование и учения, вскоре будет погружен на морские транспорты и отправлен к арене боевых действий у Чёрного моря. Два дня я без сна минировал дорогу от военной части в сторону порта. Тут двенадцать километров, сомневаюсь, что их отправят на машинах. Нанятый сотрудник, дав объявление в газете и радио, скупал железо. Болты, гайки, шарики от старых подшипников, всё что могло быть поражающим элементом, я и закладывал фугасы на обочине, причём разлёт осколков в три стороны, вперёд и по бокам. Как самодельные «МОНки». Фугасы укладывал каждые сто метров. Успел приготовить на пять километров. Когда полк вышел, он растянулся на шесть, но уже не важно. Фугасы я усилил бутылками с самодельным напалмом. В этот раз детонаторы с радиоприёмниками. Ну и когда те вошли в зону, активировал. Полк смело с дороги. Выживших не было, а я укатил прочь. Лишь над местом взрыва кружил частный одномоторный самолёт с транспарантом. Там на русском языке было написано: