Глядя на эту девчушку, с трудом верится, что ей всего шесть лет. Не верится, что это моя дочь. Никто и не думал, что из маленькой егозы, вырастет умная и развитая не по годам девочка. Большая заслуга, конечно, в этом была матери Игоря. Когда он меня с малышкой перевез в Москву, Ольга Ивановна стала захаживать к нам домой раз в две недели, потом раз в неделю, дошло до того, что я стала видеть свекровь каждый день. Она всегда брала Катюшу в обед на прогулку. Гуляла с нею по два-три часа, давая мне тем самым время навести дома порядок, а с ребенком жилье Игоря потеряло идеальный порядок, приготовить бы завтрак-обед-ужин. Еще бы умудриться закинуть вещи в стирку и погладить уже высохшую партию вещей. Игорь пропадал на работе, помогал от случая к случаю, часто его отправляли в командировки. И да, он работал в службе безопасности, потом кем-то в администрации президента.

В общем бабушка отрывалась на единственной внучке. Внуки от дочери Инны, которая проживала с семьей в Германии, были чужими и далекими.

Когда Кате исполнилось полтора года, свекровь с радостью согласилась сидеть с малышкой, а я в это время восстановила статус студентки на очном отделении. Я училась, училась и дочка под чутким руководством бабушки. И не было ничего удивительного в том, что все главные роли в садике отдавали Кате, потому что у нее была самая лучшая дикция и память среди своих сверстников. Потом ее стали посылать на конкурсы чтецов. Выяснилось, что дочь замечательно танцует - отдали на танцы. Имеет абсолютный музыкальный слух - записали в музыкальную школу на класс фортепиано. Иногда мне становилось страшно от ее талантов, от загруженности, но ей все было в радость, ни разу не слышала, чтобы она плакала или отказывалась идти на занятия.

Игорь с каждым своим повышением, все чаще пропадал на работе, наверное, это и было главным секретом нашего брака. Иногда его дома могло не быть больше трех недель, только обручальное кольцо на пальце напоминало мне о том, что я все еще замужем. Мы не успевали ругаться. Он приезжал домой, сутки отсыпался, потом днем уделял время Катьке, ночью не слазил с меня. Между нами по-прежнему не было любви, только ахрененный секс, который с годами улучшался в качестве. Я ни разу не засыпала неудовлетворенной.

Получив диплом филолога, поняла, что преподавать русский язык и литературу не хочу. Муж на работу не гнал, денег нам хватало на жизнь, поэтому я полностью посвятила себя развитию ребенка.

– Папа! Папа! – кричит Катька на всю аллею возле дома и несется навстречу Игорю, который только что подъехал. Он подхватывает ее на лету, кружит, усаживает на согнутый локоть и что-то ей говорит.

За все шесть лет Игорь ни разу не упомянул имя Лешки при мне. Словно того никогда и не было в его жизни и лучшим другом не был. Ни разу не попрекнул меня тем, что Катька не его дочь. Он относился к ней так, как относится отец, который редко бывает дома: в меру ласки, в меру строгости, в меру нежности.

О Лешке старалась не думать. Мысли о нем до сих причиняют мне боль, будят тоску, заставляю желать встречу с ним. Я помнила его. Не так четко, как хотелось бы, но помнила запах цитрусов, а руки помнили шелковистость волос. Я специально не интересовалась, где он, что он, с кем он. Мне так было спокойнее, дорожила «погодой» в доме.

– Привет, - Игорь подходит ко мне, я улыбаюсь ему, смотрю на счастливую Катьку. Она обожала отца, дорожила каждой минутой рядом с ним. И если ей предложить поиграть с новой куклой или посмотреть с папой на диване взрослый фильм, она выберет второе.

– Ты сегодня рано.

– Отпустили пораньше. Может поедем в кафе?

– У нас какой-то повод?

– Конечно.

– Тебе дали отпуск, и мы поедем на море? – Катька заглядывает в серебристые глаза Игоря своими же серебристыми глазенками. Они невообразимо похожи друг на друга. Раньше меня это прям напрягало, сейчас уже не обращаю внимания.

– Нет, Катюнь, на море мы поедем в следующем году, а пока, - Игорь засовывает руку в карман куртки, извлекает связку ключей.

– Ты поменял замок? – иронично приподнимаю бровь. Он смеется. Смеется тихо, специально для нас.

– Нет. Я купил квартиру. Трешку поближе к родителям.

– Ты обалдел! Откуда деньги?

– Ипотека. Не переживай, сделаем ремонт и сразу продадим двушку, закроем быстро. Катька растет, ей нужна своя комната.

– У меня будет своя комната? И пианино? И большое зеркало?

– Да, малыш, у тебя будет все, что ты захочешь.

– Ты самый лучший папа на свете! – Катька обнимает Игоря за шею, я отвожу глаза в сторону.

Иногда ее привязанность немного раздражает, порой так и хотелось ей сказать, что никакой Игорь ей не папа, но прикусывала язык. Родной отец вообще не в курсе о существовании собственной дочери, а Игорь идеально справляется со своей ролью. Разве я могла об этом мечтать? Нет, первый год боялась, что он никогда не сможет принять дочь, как свою. Ошиблась, и рада, что в этом вопросе ошиблась. Игорь любил Катьку.

16

***

Иду из магазина, держа в одной руке пакет с логотипом из детского мира, с сумкой, в другой телефон, читала смс от мамы. С кем-то сталкиваюсь, глухо бормочу: «извините», - иду дальше, не поднимая глаз.

– Таня! – оборачиваюсь. Все еще витаю в своих мыслях, растерянно озираюсь по сторонам, пытаясь понять, кто меня окликнул. Вижу перед собою молодого мужчину. Он стоял в паре шагов от меня в распахнутом пальто, под которым был деловой костюм темно-серого цвета, кристально белая рубашка и бордовый галстук. На меня в упор сквозь линзы в тонкой оправе смотрели карие глаза.