Минуту-другую перехожие переговаривались. И снова тишина.

— Мы согласны, — выдала их решение женщина с клеймом на лице.

Иналина регина Скаршия притопнула ножкой, и престол поднялся из пола. Королева тихо встала из кресла и протянула правую руку телохранителю. Папа вложил в ее ладонь нож. Взгляд его перед тем, как дать ей оружие, был хмур, но не высказался против.

— По одному ко мне и повторяйте слова клятвы, — предупредила ее величество калик.

Первой подошла та самая женщина, что говорила от лица всех перехожих. Она вздрогнула, когда ее руку рассекло острое лезвие, но удивило другое. Мама порезала и свою руку. Капли крови упали на мраморную столешницу, смешиваясь на ней. Слова клятвы произнесены. Престол засветился, принимая обет.

По очереди все тридцать семь калик принесли клятву вечной верности. Осталось шестеро детей. Их родители хотели было подвести их к королеве, но Иналина остановила их.

— Не дети, а вы должны осознавать всю серьезность клятвы, — покачала она головой. — Если делои или помыслом попытаетесь навредить Скаршии, то погибнете. И все ваши родственники, кто замешан в этом, тоже последуют за вами. Так что помните об этом.

Иналина регина Скаршия заняла единственное кресло.

— Жить будете у шуи. Пока не высовывайтесь. Помогайте Асе. Когда потребуетесь, я вас призову. И помните, что мой меч над ваши головами уже занесен. Один неверный шаг — и полетят ваши головы с плеч, — махнула она рукой в сторону двустворчатой двери, — ожидайте в коридоре.

Израненная рука мамы продолжала кровоточить. Не выдержав, я освободилась из объятий мужа и ринулась к ней, упав перед королевой на колени. Оторвала от нижней юбки кусок и обмотала ей руку.

— Ася, — прошептала регина Скаршия, погладив меня по голове. — Сколько же в тебе сострадания! — воскликнула она и замолчала. — Я прошу тебя стать моей шуей.

От такого предложения я замерла, ведь так и не разобралась в том, кто такая эта шуя. Что она делает? Последний вопрос и задала вслух.

— То, что делаешь ты, — последовал ответ, который совсем ничего не прояснил. Иналина хмыкнула, но продолжила: — Они, — другой рукой она указала на черных магов, — безжалостны, жестоки. Ты же оплот милосердия и безграничного доверия. Полная им противоположность. В нашем мире так не хватает сострадания и понимания.

Мама откинулась на спинку кресла и замолчала. Темные лорды продолжали стоять и хранить молчание. Однако их взгляды все чаще и чаще устремлялись ко мне. В некоторых я углядела неподдельное удивление. Кто-то взирал на Рэйнера. Пристально. С явным презрением.

От размышлений причин такого поведения меня отвлек голос королевы.

— Раньше, как и все, я думала, что калики не нужны. Их лучше уничтожить, — на этих словах у меня в жилах застыла кровь. Мама умела быть беспощадной, если того требовали обстоятельтсва. — Но твои слова и калика, что закрыл меня своим телом, убедили в обратном, — регина Скаршия склонилась ко мне. — Я дам им шанс. Под твою ответственность, Ася.

Было страшно. Страшно не оправдать надежд, возложенных на меня, как каликами, так и мамой. Она ведь неспроста отдала перехожих в мои руки. Могла бы отдать их в подчинение к черным магам. Или еще к кому-нибудь, более достойным доверия. Но королева решила так. Хватит прятаться за спины других! Надо браться за что-то и самой.

— Да, — согласилась я, а внтури все ликовало. Мне доверяла мама. Она не злится за нападение. — Я согласна стать вашей шуей.

Ее величество молча кивнула.

Сздаи неслышно подошел Рэйнер. Он помог мне подняться с колен, одернул плащ и снова обнял меня, тесно прижиммая меня к своему телу. Я с радостью откликнулась на его открытую нежность и потерлась щекой об него. И только после этого вспомнила, что мы обнимаемся на глазах у всех. И зарделась. Хорошо, что капюшон надежно скрывал мою реакцию от других.

Я украдкой посмотрела на магов. Взгляды некоторых темных лордов выдали их искреннее изумление, в то время как другие хмурились сильнее и кривили рты в пренебрежительной улыбке.

— Трус…

Сказано это было тихо, словно почудилось. Определить сказавшего так и не удалось.

Резкий хлопок по столу привлек вниманием всех присутствующих. Королева медленно, очень медленно поднялась с кресла.

— Где Атарант? — спросила она.

В ответ ей была тишина. Кстати, меня тоже этот вопрос интересовал. В последний раз я его видела, когда племянника увели черные маги сразу же по прибытию в Думерун перед отправлением делегации на острова. После никаких весточек и писем от него не было.

— Спрошу иначе. Где. Мой. Внук? — отчеканила регина Скаршия.

На этот раз ей ответили.

— У Атаранта проявились зачатки нашей силы, — сообщил герцог Дункел.

Последовала непродолжительная пауза.

— Знаете, Дункел, я думала, что вы за наших, а вы, оказывается, за ваших, — высказалась королева. В ее голосе плескался яд. — Вы заигрались, лорды, — теперь она обращалась ко всем. — Не хотите по-хорошему, будет тогда по-моему!

Иналина регина Скаршия развела руки в стороны ладонями кверху. В правой материализовался скипетр в виде меча, в левой — держава, сверху которой была стояла фигурка женщины со сложенными в мольбе руками. Символами своей власти она ударила по престолу.