— Но почему Королева не почувствовала яд? Он был таким же, как у Мартэна?

— Не совсем, — Его Величество смял салфетку. — Но похож. И опять создатель яда — городовик Орэна. Я навестил Луда Крона ночью. Три месяца назад кто-то украл у этого кретина часть запасов, но он решил промолчать. Не рискнул связываться со стихийниками. Ведь вор проник в замок городовика через Зеркало. А, значит...

— Он пользуется доверием кого-то из Королей, — закончила мысль Мари.

— И, вероятно, самой Весты, — добавил Инэй, подливая себе едва тёплый кофе. — Сейчас всех в Весеннем Дворце проверяют. Особенно ближний круг Королевы. Хотя всё это нелогично, — Его Величество провёл ладонями по вискам, вложив в нечаянное движение всю усталость и тревогу. — Да, у Эллы есть мотив. Она ненавидит Весту, мечтает отомстить. Но сам отравитель! Если он житель Замка, глупо превращать собственный дом в поле боя. У Королевы нет наследников. Ты не в счёт из-за Зимней силы. Если она умрёт, начнется борьба за трон. Прольётся немало крови, прежде чем появится новый правящий клан, и жизнь наладится.

Мари, хотела спросить, по какому принципу выбираются новые Повелители Времен Года, но подумала, что сейчас не время.

— А Кларисса Сторн? Её кто-нибудь подозревает? — спросила стихийница, нервно царапая ногтем скатерть. Лично ей эта сварливая женщина показалась личностью крайне не симпатичной.

Но Инэй усмехнулся.

— Кларисса — грымза, спорить не буду. Любого доведет до белого каления. При такой придворной даме, остальные будут казаться кроткими и невинными. Однако она уже не раз доказывала верность твоей маме.

— Мегера знает о нас с тобой? — напряглась Мари.

— Нет. Она помогает Весте и не задаёт лишних вопросов.

— Идеальная компаньонка, — проворчала девушка, не собираясь вычеркивать ву Сторн из личного списка подозреваемых.

— Не идеальная, как и мы все, — Инэй посмотрел на дочь очень внимательно, и та поняла, что сейчас прозвучит что-то крайне важное. — Мари, у меня к тебе просьба, — начал Король, аккуратно подбирая слова. — Мама очень хотела встретиться с тобой после спектакля. Но не вышло. Свяжись с ней через осколок. Знаю, делать первый шаг не просто, но тебе ведь не всё равно. А для Весты это будет значить очень много.

Мари хмуро кивнула. Инэй прав, это будет нелегко. Но ведь сама несколько часов назад молила небеса о новом шансе. Теперь он предоставлен, и отступать нельзя...

****

Следующие несколько недель слились в одну серую унылую полосу. Все вокруг ходили мрачные, включая Инэя и Грэма. В воздухе витало ощущение беспомощности. Неважно, что пострадала жительница другого Замка. Очередной праздник едва не закончился трагедией, и это не внушало детям Зимы оптимизма. Тем более, имя отравителя оставалось неизвестным. Получалось, под удар мог попасть кто угодно, а преступникам злодеяние сходило с рук.

Королева поправлялась, но не спешила покидать Дворец. Инэй говорил, что жизни Весты ничего не угрожает, но она пока слишком слаба для визитов и прогулок. Хорошо, что Весна подошла к концу, и от Повелительницы не требовалось создавать нужную Левии погоду. Она могла отдыхать и набираться сил. Хотя спокойным времяпрепровождение назвать было трудно. Враг оставался рядом. Затаился и ждал новой возможности.

Мари всё-таки набралась смелости и связалась с матерью через осколок на следующий день после происшествия. Правда, просидела с зеркальцем в руках не один час, прежде чем пальцы постучали по стеклу, а с языка совалось: "Веста Флорана". Девушка надеялась, Королева не откликнется, и придется оставить скромное сообщение. Однако мать ответила почти сразу. Видимо, держала осколок поблизости, надеясь на "встречу" с дочерью.

— Как ты? — спросила Её Величество, не успела Мари открыть рот.

В глаза бросились бледность Королевы и чёрные круги под зелеными глазами, утратившими привычный блеск.

— Разве не я должна задавать этот вопрос? — удивилась девушка.

— Я в порядке, — заверила Веста. — То есть, буду в порядке. Меня не так легко убить.

— Рада слышать, — пробормотала Мари, не зная, о чём говорить. И неожиданно придумала новую тему. — У меня остался твой перстень.

Тонкие губы Её Величества тронула тень улыбки.

— Я бы хотела, чтобы он стал твоим, но...

— Меня обвинят в воровстве, — развела руками Мари. — Перстень принадлежал твоей матери Королеве Сирении?

— Да. Его подарили родители Апрель и Сирена-Ирис в первый день рождения после замужества. Это реликвия клана Верга, а не Флорана, — Веста коснулась пальцами воротника и поморщилась, ей было трудно дышать. — У меня есть идея. Предлагаю обмен. Ты возвращаешь перстень, а я... — Королева не договорила, извлекла из-под домашнего платья ледяной подснежник.

— Он твой, — возразила Мари, вспомнив, сколько времени потратила на поиски потерянного кулона прошлой Осенью. И какой шок испытала, обнаружив на шее умирающей Весты.

— Нет. Твой. И должен оберегать тебя от бед... — Королева запнулась. — Послушай, Мари. Я знаю, во время нашей встречи в Шеруме была чересчур настойчива. Да, я дала тебе жизнь, но не имею права распоряжаться ею. Просто... просто я хочу, чтобы ты помнила: я здесь. Что бы ни случилось, что бы тебе ни потребовалось, ты можешь рассчитывать на мою помощь и поддержку. Я всегда буду рядом...