Наконец-то я снова могла пошевелить плечами. Я вытянула руки, растирая плечи, разминая пальцами мышцы. За последние сто семьдесят шесть лет своей жизни я действительно воспринимала свободу движений рук как нечто само собой разумеющееся. Никогда больше я не перестану ценить эту роскошь.

Дальше мне нужно убраться отсюда к чёртовой матери. Моё горло было словно покрыто песком. Как долго я обходилась без воды?

Мне нужно что-то острое, чтобы открыть замок. Он был простым и старомодным, уязвимым перед отмычками.

Всё, что мне нужно сделать — это найти два тонких инструмента, чтобы открыть механизм внутри него.

И именно поэтому каждая девушка должна постоянно носить в сумочке кучу крысиных костей. Одна должна быть изогнутой, другая — прямой. Я отломила ребро от грудной клетки, затем взяла бедренную кость. Я вставила кости в замочную скважину, а прямой косточкой подняла рычажок, а изогнутым толкнула запирающую часть. Вот уже в любую секунду…

Замок щёлкнул, и я широко улыбнулась, когда дверь камеры со скрипом открылась. Я только начала выскальзывать, когда в меня врезалась магия, отбросившая меня обратно в камеру.

Я не видела, чтобы кто-то приближался, не слышала шагов и не чувствовала приближения магии. Я просто ощутила удар, когда отлетела назад к стене, и услышала, как захлопнулась дверь камеры.

Затем я различила звук приближающихся шагов.

Там был охранник? Я слегка сместила своё тело, чтобы принять вертикальное сидячее положение. Может быть, Анку вернётся за мной.

Как бы то ни было, я встречу своего нападавшего с достоинством, а не буду валяться на грязной земле. Или, по крайней мере, с таким достоинством, с каким я могла держаться, учитывая, что я одета в грязное, мешковатое нижнее бельё, воняющее мочой.

Тем не менее, можно сделать всё угодно, если есть правильный настрой, верно?

Когда в поле зрения появились три фигуры, моё сердце немного упало. Никто из них не был Анку, а я знала только то, что Анку являлся ключом к моей свободе.

В проходе подземелья сразу за воротами стояли три высоких фейри.

Впереди стояла женщина-рыцарь с полночно-чёрными волосами и глазами цвета нефрита. Она была одета в серебристый плащ, который к низу становился тёмно-синим, и носила ожерелье из колючих серебряных ветвей.

Она была одной из немногих фейри с крыльями — признак древнейшей знати фейри. Прорези в накидке позволяли её крыльям спускаться вниз по спине — рыжие крылья, испещрённые золотыми и чёрными крапинками. Как бабочка-монарх. От неё пахло цветами апельсина.

Ей самое место здесь, среди фейри, и она владела силой так, будто рождена для этого. На одно мучительное мгновение я ощутила такую глубинную зависть, что казалось, словно моё сердце разрывалось надвое. Я не завидовала красоте, но я завидовала силе.

Изящная крылатая женщина понюхала воздух, затем поморщилась.

— Сенешали [5] , эта штука — убийца принца? Она выглядит так, словно её вытащили из канализации. И вот так она одевается? — она зажала рот рукой, как будто её вот-вот стошнит. — Вы видели, как эта тварь пыталась вырваться из клетки? Боги, мы все умрём от этой вони.

Я сделала всё возможное, чтобы улыбнуться ей.

— Так уж случилось, что меня действительно вытащили из канализации, — с таким же успехом можно признать правду. — Вы и превратили мой дом в канализацию. И Анку вытащил меня оттуда.

Один из мужчин шагнул вперёд. Свет факелов плясал на его тёмно-коричневой коже.

— Это грязное ничтожество убило Ирдиона, наследника острова Лайонесс?

Моё горло походило на наждачную бумагу, и я снова попыталась облизать губы.

— А кто вы, собственно, такие?

— Гвидион, сенешаль Морского Двора Акко [6] , — на коротко остриженных волосах Гвидиона лежал тонкий венок из водорослей, а с плеч свисал плащ цвета морской волны.

Мне потребовалось мгновение, чтобы осознать это слово.

— Акко… — повторила я, мысленно перебирая историю. «Древний город на побережье, что-то о крестоносцах». Неудивительно, что это место выглядело средневековым. — Израиль.

Женщина захлопала в ладоши.

— Очень хорошо! Она знает базовый факт о мире.

— Что ж, друзья, — хрипло сказала я. — Ирдион не упомянул, что он принц, когда появился, угрожая убить меня.

Другой мужчина уставился на меня, его яркие тёмно-рыжие волосы резко контрастировали с мрачной одеждой. Он стоял, выпрямившись, и его серебряные эполеты блестели на свету. Его глаза были тёмными, как дно океана.