Теперь её глаза впервые заострились, и она посмотрела на меня, как хищная птица.

— Какой в этом смысл? Разве ты не заметила, как они действуют здесь? Они едят перед нами, совет трёх. Трое мужчин, которые принимают все решения. Я выполняю приказы. Я достаточно хороша, чтобы трахать, но не недостаточно хороша, чтобы советоваться со мной по поводу решений. Не настолько хороша, чтобы доверить мне все секреты, которые они хранят меж собой. Когда-то миром фейри правили женщины. С нами обращались как с богинями. Твоя мать всё это вернула. Настоящая королева фейри, как в старые добрые времена. И я собиралась стать её преемницей, возродить старый дом Марк'х, которым много веков назад правили женщины. Всё, что мне было нужно — это власть, которую я заслуживала.

Я испытывала странную грусть в её адрес.

— На самом деле ничего не вышло, не так ли?

Её взгляд снова стал рассеянным.

— Я чувствую на тебе запах Лира. Ни на секунду не думай, что он будет обращаться с тобой как с равной. Когда будешь пить это одуванчиковое вино там, наверху, в его комнате, не думай, что с тобой всё будет иначе.

Её губы выглядели совершенно пересохшими, и я протянула ей свой бокал вина из одуванчиков через решётку.

— Вот.

Она наклонилась ближе, подозрительно глядя на меня. Затем она схватила вино и жадно выпила его.

— Просто чтобы ты знала, — сказала я, — моя мать никогда не собиралась делать тебя королевой. Она хотела этого для себя. Она просто использовала тебя, чтобы фуаты подобрались к Лиру.

Мелисанда вытерла рукой рот, свирепо глядя на меня. Но, похоже, она закончила говорить.

Я повернулась и начала миновать камеры, но когда я проходила мимо камеры Дебби, она окликнула меня.

— Эй, ты уже трахнула парня с мясистыми руками?

— Ещё как, Дебби.

— Здорово, Теннесси. Спасибо за плащ, — её большие глаза уставились на меня.

Я обхватила себя руками, когда снова добралась до лестницы. Мелисанда была силой природы до того, как я её подкосила. Можно ли вообразить, какими могущественными мы были бы, если бы объединили усилия, а не пытались уничтожить друг друга?

Добравшись до верха лестницы, я направилась в комнату Лира.

Я толкнула дверь и увидела, что он неподвижно сидит на кровати. Ветер шёпотом залетал в окно, играя его светлыми волосами. Его мощное тело сияло золотом.

Он сидел слишком неподвижно, как хищный зверь. Он снова трансформировался, глаза его сверкали золотом, а корона взвилась в воздух над головой, устремляясь к небесам…

Когда дверь за мной закрылась, он резко повернул ко мне голову, и его глаза стали синими.

— Аэнор, — то, как он произносил моё имя, иногда вызывало у меня мурашки по коже.

Я одарила его улыбкой, и он встал. Он подошёл ко мне и подхватил на руки. Потом он бросил меня на кровать. Он снова был без рубашки, и я позволила своим ладоням задержаться на его мускулистой груди. Мой пульс уже бешено ускорился.

Он очутился между моих ног, и моё платье задралось до самых бёдер. Я обвила его ногами, а он целовал меня в шею. Его губы ощущались на мне так приятно, и он гладил верх моих кружевных трусиков…

Но мне нужно было кое-что ему сказать, и я не могла больше ждать.

Я обвила руками его шею.

— Лир, — прошептала я ему на ухо.

— Мммм?

Я немного отстранилась и посмотрела в его тёмно-синие глаза.

— Я должна сказать тебе кое-что важное.

— Это о том, как сильно ты меня хочешь?

Я должна была рассказать ему о Салеме.

— Когда я искала атам, Безымянный захватил меня. Салем. Он приковал меня цепями и не отпускал, пока я не сделала кое-что для него.

Я почувствовала, как всё тело Лира напряглось, а в его золотых глазах вспыхнула ярость.

— Что?

— Он хотел, чтобы я съела кусочек фрукта. Фрукт был каким-то образом зачарован. И он сказал, что это значит, что он всегда сможет найти меня.

Тяжёлое молчание нависло над Лиром, и он, казалось, изо всех сил старался удержать себя в руках, не дать Анку взять верх. Он выглядел так, словно вибрировал от ярости.

На его челюсти дрогнул мускул.

— Чего он хочет?

— Даже не знаю. Он просто сказал, что ему может понадобиться моя помощь. Он сказал, что хочет, чтобы я использовала свою силу.

— Значит, он её вернёт?

Я хотела убить Салема, но мне нужно всё просчитать. Если имелся шанс, что он вернёт мне мою силу, я бы подождала, пока он не отдаст её мне.

— Именно так он и сказал.

Лир наклонился и впился зубами мне в горло. В этом жесте было что-то собственническое. Он жадно поцеловал меня в шею, проводя языком по моему горлу, пока я не застонала, двигая бёдрами ему навстречу.

Когда он снова отстранился, то прошептал мне в шею:

— Салему нельзя доверять. Этот мужчина уничтожил Ис. Он убил твою мать. Ты не можешь ждать, пока он вернёт тебе твою силу, и надеяться, что он сдержит своё слово. Мне просто нужно убить его. Я вырву его сердце и не позволю ему приблизиться к тебе.