— Хорошо.

Вторую половину дня я провела с Генри. Мы сходили в ресторан «Вейфар», а потом прошлись по пляжу. Кормили чаек, избегая говорить об очевидной перемене в наших отношениях. Сидя рядом с ним на лавочке, смеясь и поедая мороженое, я думала, что могла бы получать такое же удовольствие от прогулок с ним, какое получала с ним в постели, если бы только не ощущение, что меня отвергают. Сейчас он был со мной гораздо приветливее, чем раньше, и между нами не возникало никакого напряжения. До меня дошло, что когда я спала с Генри, то таким образом пыталась узаконить наши отношения, потому что быть просто подругой Генри выглядело для меня большим извращением, чем быть его любовницей. Мы расстались друзьями, и он сказал, что, может быть, зайдет ко мне в воскресенье.

Домой я шла, ожидая самого худшего. Возможно, он забыл убрать комнату и ушел домой, а может, все еще сидит там, рассчитывая, что я помогу ему. Мои подозрения, казалось, оправдались, когда я увидела, что Сильвия поджидает меня.

— Извини, Сильвия, — начала я, — что мне пришлось оставить комнату в таком виде.

— Когда я вошла, там все было в порядке, к тому же я обнаружила там очаровательного незнакомца.

Я улыбнулась.

— Он тебе понравился?

— Даже очень. Думаю, тебе тоже, раз ты приготовила для него ужин. Никогда не думала, что ты способна на такие подвиги ради мужчины. — Она искоса взглянула на меня. — Надеюсь, это звучит не очень обидно.

— Нет, нет, конечно. Я никогда не готовила для Генри, но с Нилом все по-другому.

— Молодые люди намного привлекательней, правда? Особенно похожие на мальчишек, как Нил. Никогда не могла понять, почему ты не встречалась с мужчинами своего возраста?

— Он на десять лет моложе меня.

— Неужели? Я никогда не могла определять возраст. Такая разница заставляет чувствовать себя старше своих лет. Спорю, тебя это смущает.

— Мы совсем недавно начали встречаться. Но пока мне нравится.

— Я рада. Приятно видеть тебя счастливой, Сара. Тебе все дается нелегко.

На ее лице — в глазах и в улыбке — читалось выражение снисходительного одобрения, которое вызвало у меня ощущение неловкости. Мне захотелось ответить ей в своей обычной манере, бросить что-нибудь вызывающее, как тогда Нилу. Я сама выбрала эту жизнь. У тебя нет причин жалеть меня. И в то же время сидящий во мне ребенок уже хотел забраться к ней на колени и поплакаться о том, каких трудов мне стоило построить свою жизнь и что временами становится очень тяжело.

— Ты появишься к ужину сегодня? — спросила она.

Я кивнула.

Комната была убрана, но не идеально. Овальное темное пятно указывало на то место, где опрокинулась бутылка, а на спинках двух сдвинутых стульев висела грязная скатерть. Но Нил постарался достаточно для того, чтобы Сильвия не сердилась, а значит, сделал все, о чем я его просила. И даже оставил на подушке записку:

Сара,

Извини за мою грубость. Надеюсь, что ты мне позволишь загладить мое поведение.

До встречи.

Пока, Нил.

Я отбросила одеяло и зарылась лицом в простыни в надежде, что они еще сохранили запах моего мальчишки. Запах был, к сожалению, очень слабым, но я себя утешила, что в следующую субботу, когда пойду за покупками, куплю себе баллончик мужского дезодоранта «Линкс». Перечитав еще раз записку, я подумала, что, учитывая вчерашнюю ночь, Ник удивительно легко ко всему отнесся. Я чувствовала, что еще многого не знаю о Ниле и что Сильвия проглядела одну существенную особенность в общении с партнером, который моложе тебя: ощущение открытия нового. Мне понадобилось всего две ночи, чтобы понять Пола, может, две недели, чтобы понять Генри. А вот Нил, наверное, еще сам себя не понимает, и мне предстоит пережить с ним не один год, чтобы наконец увидеть ту личность в нем, которой он решит стать.

Меня больше не волновало, что Мэри может нарядиться моднее, чем я, поэтому я переоделась только для того, чтобы она не подумала обо мне как о замарашке. Надела старую розовую рубашку, которую купила много лет тому назад в качестве модной вещи, а теперь носила только с джинсами. Я с удовольствием предвкушала встречу с Мэри, в основном потому, что она не будет возражать, если я буду все время говорить о Ниле, а утомлять ее своими рассказами было для меня лучше, чем в одиночестве вспоминать прошлую ночь. Наверное, придет время и мне захочется проанализировать мои отношения с Нилом в одиночестве, но сейчас я была влюблена и предпочитала другой вариант.

На ужин у Сильвии был обычный ее набор всяких разностей: кусочки пиццы, сосиски в тесте, валованы. Обычно Сильвия приберегала такие блюда для жарких вечеров, чтобы не выбрасывать еду в мусорное ведро. Я съела только пиццу, чтобы оставить место для двух порций мороженого.

Выдержав в телевизионной не больше получаса, к концу программы новостей я ушла. Думая, что придется долго ждать, я стояла под часами «Гранд Централ» и не предполагала, что Мэри тоже придет раньше. Она похлопала меня по плечу и чмокнула в щеку, и я почувствовала себя как-то неловко.