– Да. Это заклинание называется Энервейт. Кстати, пап, эти чары должны преподавать как раз на старших курсах на занятиях по ЗОТИ, которые ведет Квиррелл.

– Еще более подозрительно, – констатировал герцог. – Очень похоже на то, что ваш директор с кем-то играет в кошки-мышки. Возможно, у него мания величия.

– Пап, я попросил детектива Поттера собрать всю информацию на Альбуса Дамблдора.

– Отлично! Я свяжусь со Скоттом и передам данные в МИ-6. Пусть составят более подробный психологический портрет вашего директора. И запомни, Ричи, ни во что не ввязывайся! Ты меня понял?

– Понял.

– И звони мне каждый день! – строгим тоном сказал Джеральд. – Я должен быть уверен, что у тебя всё в порядке.

– Хорошо. Пока, пап.

Ричард затаился. Он, как истинный студент факультета Пуффендуй, стал тихим и незаметным, старался не привлекать к себе внимания и быть начеку.

Чтобы отвлечься от параноидальных мыслей, Гросвенор-младший с головой погрузился в учебу, в основном делая упор на отработке заклинаний трансфигурации, поскольку практика показала их огромную пользу.

Так незаметно пролетел ноябрь и наступил снежный декабрь. До рождества оставалось каких-то четыре недели, а в руки Ричарда попали первые отчеты по расследованию дела Дамблдора.

Информация оказалась неутешительной. Психиатр, сотрудничающий со спецслужбами, на основании подробного устного портрета Альбуса Дамблдора сделал вывод, что у директора с высокой вероятностью имеется мания величия.

Доктор выделил в качестве основных элементов, во-первых, трон, на котором восседает директор; во-вторых, пестрые и выделяющиеся одеяния. Также он предположил, что директор может быть болен психопатией. Её симптомы проявляются в следующем: бессердечие по отношению к окружающим, сниженная способность к сопереживанию, неспособность к искреннему раскаянию в причинении вреда другим людям, а также лживость, эксцентричность и поверхностность эмоциональных реакций. Ещё врач написал несколько других диагнозов: нарциссизм и отчасти макиавеллизм.

Нарциссизм – свойство характера, заключающееся в чрезмерной самовлюбленности и завышенной самооценке. Например, у Дамблдора это видно по грандиозности, с которой оформлено его представление в пригласительном письме с перечислением всех должностей и имён.

Макиавеллизм – ведение политики, основываясь на силе, пренебрежении нормами морали и тому подобном. Директор школы позиционирует себя, как великого волшебника, одевается эксцентрично вопреки деловой моде магов, выказывает пренебрежение и недоверие органам власти (Министерству Магии) и всячески демонстрирует свою власть различными мелочами, которые в описании сумел разглядеть психиатр.

В заключении доктором было написано, что субклиническая психопатия, наряду с субклиническим макиавеллизмом и нарциссизмом, входят в "темную триаду дурных характеров", которым свойственны бессердечие и манипулятивность. Эти признаки указывают на диссоциальное расстройство личности.

Согласно заключению психиатра, личность "неизвестного пациента" склонна к криминальной направленности, садизму и рецидивизму. Искусно лжет и перехватывает инициативу во время диалогов и допросов, может представлять опасность для жизни сотрудников правоохранительных органов. Доктор настоятельно рекомендовал проводить допрос такого человека с принятием всех необходимых мер безопасности.

Ричи после прочтения этих документов подумал:

"Вот вам и добрый дедушка Дамблдор, великий чародей. А на деле опасный сумасшедший, чего волшебники в упор не замечают".

На следующий день после изучения отчёта Ричард встретился с Гарри Поттером и отвел его в сторонку поболтать.

– Как дела, Гарри?

– Спасибо, хорошо. А у тебя, Ричи?

– Превосходно. Почитай это.

Ричард протянул Гарри копию листа с заключением психиатра. Поттер с любопытством прочитал текст. Оторвав взгляд от бумаги, он произнес:

– Это что за псих? Тёмный Лорд что ли?

– А ты попробуй угадай, Гарри.

– Даже не знаю, – Гарри не представлял, о ком может идти речь.

Ричард пояснил:

– Твой дядя Скотт обратился к психиатру-криминалисту, который делает описания психических портретов опасных преступников для Скотланд-Ярда и спецслужб. Он предоставил доктору подробное описание Альбуса Дамблдора без указания имен.

Лицо Гарри Поттера вытянулось от изумления.

– Я так и знал! – воскликнул он. – Директор Дамблдор сумасшедший диктатор и манипулятор! Но что это нам дает?

– Это значит, Гарри, что этот псих устроил из школы ловушку на кого-то, кого его разум обозначил в качестве врага. В качестве приманки он использует философский камень. Нам не стоит лезть в это дело – целее будем.

– Я уверен, что Дамблдор украл философский камень у Фламеля. Ричи, мы не можем оставлять такую вещь сумасшедшему. Представляешь, что будет, если безумец еще и бессмертным станет?

– Конец света, думаю, он способен устроить, – задумчиво протянул Гросвенор. – Но это слишком опасно, Гарри. Предлагаю всё-таки не лезть в пекло, а придумать способ устранить опасного волшебника иными способами.