— Я помню.

— Ладно, поехал. На связи.

— Иса, Журавлев звонил, доки просит.

— Бл*ть, точно. Наберу его, — тяжелые шаги раздавались все отчетливей, и я, отшатнувшись, в панике дернула за ручку двери, ведущую в соседний коридор, но она оказалась заперта. От бьющего в ребра сердца перекрывало кислород. Инстинктивно подняла голову в сторону исходящей опасности, дабы оценить, успею ли я унести ноги, и тут же встретилась взглядом с Исаевым, той самой тварью, пытавшейся через меня добраться до Марка. В его глазах удивление, в моих страх. Оценивающе посмотрел вверх и быстрым пугающим шагом ко мне. Я вжалась спиной в холодную стену, готовая закричать. И закричала бы, если бы он резко и жестко не зажал мне ладонью рот.

— Тихо. Поняла? — шепотом у самого лица, снова оборачиваясь, проверяя, нет ли у нас зрителей, и возвращаясь взглядом к моему лицу.

Сжала веки в знак согласия, пытаясь кивнуть. Молчание не такая большая цена за свободу, лишь бы отпустил.

— Не издавая ни звука, вниз со мной. Заорешь, пеняй на себя, защищать не буду.

Он тащил меня вниз по лестнице, крепко держа за запястье, периодически оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к каждому шороху. Грубо затолкнул в машину, припаркованную почти у самого входа, и, сев за руль, рванул с места. Меня затрясло.

— Нах*я сюда приперлась, приключений в жизни не хватает?! — рыкнул Исаев, выруливая на главную дорогу.

— Что с Марком?! — от происходящего ужаса я даже боялась смотреть в сторону этого человека.

— Ты оглохла, что ли? Я вопрос задал!

— Что с Марком?! — уже настойчивей, но с явными нотками приближающейся истерики.

— В порядке твой Марк, — бросил Исаев, понижая всего двумя словами градус моего напряжения. — Пока в порядке. И будет, если доки все подпишет, и вы*бываться не станет. Ты зачем на фабрику сунулась, идиотка?

— Мы с Марком договорились, что я приеду сегодня, — ответила уже спокойней, подавляя страх и желание по тупому разреветься.

— Идиот, нах*й! — отчего-то выругавшись явно в адрес Марка, он вытащил из пачки сигарету и закурил, приоткрывая окно, одновременно скользя взглядом по зеркалам заднего вида. — Если хочешь сохранить свою шкурку целой, то советую слушать меня сейчас внимательно. Кондратьев и его прихвостни люди старой формации и методы у них порой, так скажем, не ахти: нафталином попахивают и девяностыми. Поэтому, пока твой драгоценнейший Марк Генрихович не подпишет бумаги, сиди дома и не высовывайся. Это мой тебе совет!

— Кондратьев, это тот, кто заказал бизнес Вернера?

— Да, — не смотря в мою сторону и спокойно затягиваясь сигаретой

— Они его убьют?! — новая волна страха ледяным вихрем опутала мое тело, заставляя разум генерировать страшные картины происходящего в необозримом будущем.

— Не знаю, меня это мало заботит, — с полным безразличием произнес Исаев, выбрасывая окурок в окно.

— Я тебе зачем? — дрогнувшим на вдохе голосом.

— Да вообще не вперлась, — его губы исказились в подобии усмешки. — Пожалел просто, мордашка понравилась. Радуйся, пока удача на твоей стороне.

Больше мы не разговаривали. Через некоторое время машина завернула в гаражные боксы и остановилась. Пару минут спустя рядом припарковался темный седан, и Исаев, прихватив какую-то папку с заднего сиденья, вышел из машины навстречу молодому поджарому мужчине.

— Тут все? — произнес собеседник Владислава.

— Да.

— Благодарствую, а то Жура уже в край запилил.

— Лютует? — в голосе послышалась некая насмешка, смешанная с сочувствием. Хотя навряд ли подобные эмоции знакомы этому человеку.

— И не говори… Вожжа под хвост попала, второй месяц сплошные нервяки. Парни все уже шарахаются от него. У тебя как? Слышал, что Вернер бычит, подписывать не хочет.

От одного упоминания имени Марка я напряглась, изо всех сил стараясь услышать каждое сказанное слово, боясь даже пошевелиться.

— Кондратьев сам решил лично визит нанести, авторитетом взять, ну и попробовать запугать. В своем репертуаре, в общем.

— Так ты ему скажи, что девяностые закончились давно. Открой ему глаза, а то дедок так и будет стволом размахивать направо и налево.

— Там без толку, прошивка не та, обновление согласно дате календаря не встает. А ты вообще откуда в курсе?

— Мне сейчас его Лёнчик звонил, минут десять назад. Девку Вернера найти хочет.

Лед, окутавший меня ранее, стал мгновенно обжигающим.

— Нах*я?

— Устроить «психологическое давление» — его формулировка.

— Она в салоне у меня сидит, — насмехающийся голос Исаева прозвучал, как разорвавшаяся граната, отчего я едва заставила себя остаться на месте и не выскочить из машины в попытке убежать.