В замке меня встретила Дрилай. Девушка сидела на простеньком стуле и читала книгу. Наверное, взяла из местной библиотеки.

«Надо будет тоже как-нибудь туда зайти.»

Заметив меня, она пальцем заложила страницу и, закрыв книгу, поднялась на ноги.

— Как погулял?

— Ничего особенного. Где принцесса?

— В библиотеке. Изучает документы.

— А ты что читаешь?

Я кивнул на книгу в её руках.

— Да так. Любовный роман.

Девушка застенчиво отвела взгляд, пальцами отодвинув волосы, тем самым обнажив обрезанное ухо. Потом, вдруг спохватившись, тут же зачесала их обратно, пряча увечье за светлыми локонами.

— Понятно.

Я достал из сумки один из кусков мяса и бесцеремонно зажевал. А кого стесняться? За престиж свой, как и за образ я не особо волнуюсь — знаю, что такой себе правитель.

Мы поднялись на свой этаж. К этому моменту я уже доел и теперь утолял жажду из фляги. На город опустилась ночь. Бледный круг луны бесстыдно заглядывал в разбитые окна. В одно из них влетела чёрная бабочка с ярко-зелёным узором на крыльях. Сделав круг над нашими головами, она села мне на плечо, легонько коснувшись крылом моей щеки.

— Красивая.

Эльфийка, не отрываясь, смотрела на насекомое. У меня же появилось чувство дежавю.

— Да, очень.

Дальше шли молча. Бабочка просидела на моём плече с пару минут, после чего легко взлетела, обдав мою щёку лёгким ветерком. Снова круг над нашими головами и она вылетела в окно, направившись прямиком к луне. Я проводил её взглядом, пока она не исчезла окончательно.

Я зашёл в свою комнату и, скинув оружие, бухнулся на кровать. Эльфийка почему-то зашла следом. На мой вопросительный взгляд она несколько замялась.

— Можно я тут посижу, почитаю?

— Да пожалуйста.

Я зевнул. Однако она так и продолжила стоять у двери.

— Можно я свет зажгу?

— Зачем?

— Чтобы читать. И… я темноты боюсь.

На последних словах она смущённо отвела взгляд и слегка поёжилась.

— Зажигай.

Заметно оживившись, она поставила стул у двери и зажгла перед собой маленький сгусток жёлтого света. Дальше я не смотрел. Отвернувшись, я закрыл глаза и практически сразу провалился в сон.

В этот раз на связь вышла Иллиамэри. Теперь она очень отдалённо напоминала Триэлафэй. Разве что только силуэты можно было перепутать, что меня несколько порадовало. Дело не в том, что я больше не хочу видеть лицо своей жены, я не хочу, чтобы кто-то другой выдавал себя за неё. Её чёрные волосы приобрели синеватый оттенок, а глаза стали ярко-зелёными. А ещё грудь. Она стала меньше. Да и в целом фигурка практически полностью утратила рельеф, который был у моей супруги.

На ней была простая полупрозрачная белая ночнушка, украшенная кружевами. Она вот совсем не скрывала прелестей божественной фигуры. Скорее, даже наоборот — подчёркивала их. Она сидела на троне, закинув ногу на ногу. Рядом стоял маленький стеклянный столик с бутылкой вина. В руке она держала наполовину заполненный фужер. Рядом с бутылкой находилось маленькое блюдце, на краю которого сидела бабочка, опустив хоботок в налитое вино. Молчать было неудобно, поэтому так и хотелось что-нибудь сказать. Ну я и сказал:

— Неужто уже соскучилась?

Она перевела на меня слегка весёлый взгляд. Это явно не первый её бокал, а, может, и вовсе бутылка. Ответ был прост и лаконичен донельзя:

— Да.

Она сделала ещё один глоток, после чего продолжила:

— И буду скучать до тех пор, пока ты жив. Такой уж меня создали. Выпьешь?

— Нет, благодарю.

Она пожала плечами.

— Ну, как знаешь. Присаживайся.

Перед ней появилось красное кресло. Пока я садился, её трон принял точно такую же форму.

— Так что, сегодня праздник или траур?

— А хуй его знает.

Сказала богиня и залпом опустошила фужер, после чего налила ещё.

— Не смотри на меня так. Ты думаешь, от кого твоя жёнушка таких слов набралась? Это я только внешне другая, а её воспоминания всё ещё у меня и никуда не денутся. Так что подбери челюсть с пола.

Хорошо, что я отказался пить, иначе бы точно поперхнулся. Вот вообще не ожидал от богини подобного.

— Не, она только при тебе не выражалась, а вот без тебя… Сам посуди: На неё взвалили обязанности королевы, а это сплошной стресс. Анька, кстати, тоже не пай-девочка, хотя, ты, наверное, и сам это понимаешь.

— Понимаю.

Я мог только кивнуть и согласиться. Смысл спорить?

— Так, что у тебя случилось то, раз ты пьёшь в одиночестве?

— Уже не в одиночестве.

Она фужером указала на меня.

— Твоё здоровье.

Половины вина как и не было. Взяв фужер за ножку, она принялась его крутить в пальцах, задумчиво глядя в алую жидкость. Наконец она ответила:

— Понимаешь… В том мире, в мой культ вошли две семьи. Семья кузнеца и семья алхимика. Первого, ты, кстати, знаешь. Джарнолу.