— Так вот ты какой, Спайдер-мен.

Приподняв её голову с жёсткими чёрными волосами, я влил ей в рот энергетик и принялся ждать, заодно разглядывая её лицо. Дыхание её стало ровным и, кажется, она теперь спит.

«А она изменилась.»

Черты лица стали чуть более острыми и хищными, но в то же время в них проскальзывало своеобразное изящество и красота. Даже неспособные моргать чёрные глаза, которые поначалу и могут испугать, сейчас смотрятся неотъемлемой частью образа и никак не портят общую картину. Жёсткие чёрные волосы обрезаны под «каре». Они несколько толще человеческих и имеют матово-чёрный цвет, как и брови, резко выделяющиеся на фоне бледного лица. Перевожу взгляд на тело: худощавое, чуть рельефное от тренировок. Говоря о бёдрах, то они весьма хороши: аккуратные и округлые. На уровне коленей они переходят в хитиновый панцирь, который покрывает всё, что ниже целиком. На руках он аналогично начинается с локтей и закрывает предплечья и кисти полностью. Укрыв её покрывалом, я отошёл к окну.

В дверь тихо постучали.

— Открыто.

Не оборачиваясь, сказал я. Дверь тихо скрипнула и в комнату вошла служанка с подносом в руках. Она с удивлением и опаской покосилась на спящую Мишейру, но, ничего не сказав, прошла к столику и, расставив на ней тарелки, поспешила удалиться. Через минуту пришёл тот же бугай и унёс бадью.

Я быстро приговорил горячее мясо с картошкой и запил из фляги, потому что принесли какое-то до жути кислое вино. Отставив тарелку, занялся чисткой оружия, благо, набор всегда при мне. Начать решил с ПП-шки: скрутил глушитель, отсоединил магазин, дёрнул затвор. На стол с глухим стуком упал патрон. Щёлкнул спуском в холостую, снял затворную крышку, а затем и сам затвор. Теперь можно приступать к священно действу. Управился быстро — минут пять ушло на то, чтобы прочистить основные действующие соединения и заново их смазать. На сборку ушло и того меньше. Дозарядил магазин патронами из сумки и, вернув на место, снова загнал патрон в казённик. Теперь пришла очередь револьвера.

— Да, помотала же тебя жизнь, дружище.

Тихо пробормотал я, осматривая изрядно поцарапанный ствол. Нет, ничего критического не было совершенно, так, мелкие царапины, неизбежно появляющиеся на чём угодно в ходе эксплуатации. Он тоже много времени не отнял. Быстро собрал, зарядил, да и отправил снова висеть в кобуре на стуле. Пустую гильзу поставил на стол. Просто так.

Делать было абсолютно нечего, а спать я пока остерегаюсь. Проснётся ещё в компании незнакомого мужика вся голая, сделает неправильные выводы и хорошо, если просто драться будет, а ну как прирежет во сне? Хрен его знает, что она подумать может. Памяти-то у неё нет.

Ночное небо было ясным. Полная луна опустила свою дорожку до самого центра комнаты. Звёзды игриво блестели на её чёрном платье. Я вытащил один из кинжалов и положил на стол. Под лунным светом, на нём так же ярко заблестели маленькие звёзды. Хотя, может, это просто вкрапления примесей или что-то вроде. Но смотрится ничуть не хуже неба. Может, даже лучше.

Со стороны кровати раздался тихий шорох. Я сидел к той части комнаты боком и краем глаза разглядел движение. Девушка ловко, с кошачьей грацией скользнула на пол. Сейчас она тихо крадётся, пытаясь не попасть на свет и не привлечь моё внимание.

«Умная девочка.»

Я сидел, расслабившись, и наслаждался ночью. Тонкие холодные пальчики, увенчанные острыми когтями, легли на мою шею, вызвав табун мурашек по телу. Как мне казалось, она сейчас хищно улыбается, стоя за моей спиной.

— Как ты себя чувствуешь?

От такого бедняжка опешила. Пальцы дрогнули. Она больше не была в себе так уверенна. А я продолжал ставить её в неловкое положение:

— Твоя одежда на кровати. Утром пойдём, подберём тебе что-нибудь боевое, а сейчас ужин.

Я кивком указал в сторону стоящей на противоположном краю стола тарелки. Еда уже успела остыть. Пальцы неспешно убрались с моей шеи. Тихо скрипнули доски пола.

— Гад ты, незнакомец.

Тихо буркнула девушка, натягивая рубашку. А вот голос её не изменился — всё такой же тихий и шипящий, с лёгкой хрипотцой, но при этом довольно мягкий.

— Такой момент испортил.

Продолжила она ворчать, пытаясь попасть ногой в штанину — когти мешали, цепляясь за ткань. Но, она всё-таки справилась и, вернувшись к столу, плюхнулась на противоположный стул.

— Ну, рассказывай, кем будешь?

— Твоим персональным рыцарем на белом коне.

Она чуть не выронила кусок мяса, поднесённый ко рту, но в последний момент выскочили подвижные верхние клыки и ловко подхватив, отправили его по назначению. Зрелище было специфическим, особенно учитывая, что теперь ей пришлось держать их высунутыми наружу.

— А в жубы?

— А прожевать?

Она проглотила еду.

— А ты мне не указывай.

Потом, подумав, добавила:

— И не беси.

— Что, совсем никаких идей, кем я могу быть?

— А должны быть?

Я пожал плечами:

— Ну, как скажешь.

Затем достал из подсумка две карты. Сначала показал ей даму, держа её двумя пальцами.

— О! Моя карта! Думала, что навсегда потеряю. Дай сюда!

Она уже потянулась, но я остановил её и, сделав простенький пасс рукой, добавил в этот «веер» свою — короля. Её брови удивлённо взметнулись вверх, а челюсть чуть ли не отвалилась.

— Бля-а-а-а…

Только и смогла протянуть она, взяв себя в руки. Буквально. Девочка от безвыходности ситуации схватилась за голову. Потом её словно током ударило. Она резко выпрямилась и, хлопнув по столешнице руками, вскочила: