При этом лицо Андриса выражало долю брезгливости, а вот Ян светился от счастья.

Я даже начала чувствовать себя лишней, так ужасающе неправильно все это выглядело. Но вот Ян, повинуясь просьбе советника, вернулся в кровать и уставился на нас оттуда с видом верного пса, готового служить хозяину.

— Кхм, — откашлявшись в кулак, я с трудом вспомнила о цели визита и, приблизившись к бывшему жениху, отдала ему письмо, сложенное вчетверо.

— Что это? — голос Яна был непривычно хриплым.

— Эр Корст, это письмо от… вашей возлюбленной, — я специально сделала паузу, дабы обозначить Яну важность момента.

Он удивился и без всякого благоговения принял от меня послание.

Открыл. Прочел. Сложил снова и, кивнув, уставился, как и раньше.

— Письмо от эры Марианны, — решила сказать я, подумав, что бедолага, скорее всего, не понял, что именно попало в его руки. Или — о боги! — может быть, ему стерли память?! Тогда он даже не помнит меня! Тогда…

— Да-да, я прочел. Действительно, это ее письмо мне. — Ян улыбнулся и стрельнул глазами в Геррарда.

Да что такое?!

Я тоже недовольно посмотрела на старшего советника, тот стоял с невозмутимым видом, изучая собственные пальцы. Будто не понимал, что смущает своим присутствием молодого человека.

— Экхе! — громко сказала я, испепеляя Андриса взглядом.

Он обернулся. Усмехнулся и громко спросил:

— Так что же вам пишет ваша невеста, Корст?

— Бывшая невеста, — мигом поправил советника Ян. — В ее письме нет ничего тайного, эр Геррард, и вы можете сами с ним ознакомиться.

— Что?! — возмущение внутри на миг затмило голос разума. — Но это бесчестно!

— О, да-да, конечно! — опомнился пристыженный мужчина, посмотрев на меня не слишком довольно. Помедлив, он заговорил снова: — Раньше я думал, что еще есть надежда на отношения между нами, но этим посланием Мари ясно дала понять, что бросила меня. Разбила мое сердце, сообщив о скором отъезде. Теперь я останусь совсем один…

И ни капли горечи в голосе. Ни отчаяния, ни ужаса…

Я даже переспросила:

— Эра Марианна разбила вам сердце? Точно?

— Да, — твердо ответил Ян, посмотрев на меня и сразу вернувшись к Андрису. — И, если должность секретаря все еще вакантна, хочу заметить, что моей личной жизни больше нет. Ничто не отвлечет меня от занимаемого поста и обязанностей. Клянусь.

— Должность занята, — безразлично ответил Андрис. — И потом, вы скомпрометировали себя, позволив женщине затуманить ваш рассудок. По вашему делу будет следствие, Корст, поэтому…

— Но я не виновен! — вскрикнул Ян и сразу закашлялся, засипел. Заплакал!

Две огромные слезинки скатились по его щеке, заставив меня сделать несколько шагов назад, подальше от бывшего жениха.

А он все бормотал что-то невнятное, молитвенно складывая ладони:

— Я просто хотел быть ближе к вам. Любое ваше поручение стало бы важным для меня. Вы не нашли бы никого более верного и преданного делу. Она обманула меня, уверяя, что, помогая ей, я помогу вам. Вы ведь знаете, я рассказал все! Эти женщины так вероломны…

Ян схватил мое письмо и скомкал его, яростно отбросив от себя.

Я присела рядом с бумажкой и подняла ее, убрав в карман пиджака.

Встав, посмотрела на бывшего жениха, размазывающего слезы по слишком холеному лицу. Он кривил губы не хуже девушки, его подбородок дрожал от накативших эмоций. А у меня дрожь прошла по телу… от омерзения.

Посмотрев на эра Геррарда, я вдруг поняла, зачем он пошел сопровождать принца в палату к больному… Это не было просто присутствие! Он обнажил передо мной все пороки Яна Корста. Ну конечно! Андрис воздействовал на него ментально, чтобы принизить в моих глазах!

Я разозлилась.

— Как здесь душно! — сказала вслух. — Наверное, это оттого, что в палате слишком много людей. А может быть, нам прогуляться, эр Корст?

Андрис же, посмотрев на меня и заметив мой ошалевший взгляд, сообщил как ни в чем не бывало:

— Жаль, но эру Корсту нельзя выходить отсюда. Палата защищена от магии в любых ее видах, что обеспечивает его безопасность.

— Совсем никакой магии? — опешила я.

— Никакой, — заскулил Ян. — И это тоже так ранит…

— Это наша последняя встреча, Корст, — раздраженно сказал Андрис, прерывая нытье моего бывшего жениха. — Его величество снимает меня с занимаемой должности, потому прощайте.