— Блядь…

Один из солдат, интуитивно обернулся, но тут же рухнул на засыпанный гильзами пол с разваленной головой.

Томагавк вспорол воздух в обратном махе и с треском проломил череп второму, а потом, с разворота, коротко хекнув, сверху вниз, косым резким ударом, через лоб, нос и челюсть, развалил плоскую морду третьему.

Через чад в комнате резко пробился сладковатый приторный запах свежей крови.

В комнату заглянули Свиньин и айн.

Я кивнул им и выскочил в коридор.

Больше на солдат не отвлекались, прокрались до самой лестницы, и поднялись на второй этаж.

Возле кабинета торчало два солдата. Их я снес одним размашистым ударом, а потом рывком преодолев расстояние до двери, ударом всего тела выбил ее с петель.

В сумраке полыхнуло несколько вспышек: спасло только то, что я сразу упал и въехал в кабинет на спине.

Но дальше стрелять я уже никому не дал.

Крутнувшись, подбил ногами какого-то офицера, рубанул его томагавком и сразу ударил под колено второго. Третьего — снес Тайто, валившийся в кабинет следом за мной. Айн сбил его плечом на пол и принялся тыкать своим тесаком.

Сухощавый генерал отпрянул назад и прижался спиной к стене, лихорадочно пытаясь открыть клапан кобуры.

Свиньин взял его на прицел своего револьвера.

Я жестом отправил его держать коридор и шагнул к генералу:

— Ты что ли, Харагучи?..

Что он ответил, я не понял, да особо и не старался понять. Все мысли о том, чтобы взять командующего в плен, разом улетучились.

— Иди сюда, сука…

Коротко двинул под дых, затем всадил топор в спину, перерубая позвоночник, ухватил за воротник и поволок к роскошному столу из мореного дуба. Бросил на столешницу, после чего, прижимая ладонью его башку к столешнице, двумя ударами топора перерубил шею.

Я саму голову, аккуратно пристроил под портретом какого-то азиата, в роскошном шитом золотом мундире — наверное того самого императора Муцухито, чтоб ему пусто стало.

Сам не знаю, зачем поставил. Для красоты, наверное. Или потому, что в этот момент, с меня мигом слетела вся псевдоцевилизованность и осталась только дикая жажда мести.

А вот с отходом сложилось не так благополучно. Мои бойцы отступили, а японцы, вместо того, чтобы заняться преследованием, сунулись глянуть, что с начальством.

В кабинет заскочил Свиньин, прижался к стене и несколько раз выпалил в коридор.

— Японцы…

— Черт… — я кинулся к окнам, но они оказались закрыты мощными кованными решетками.

Сложилась патовая ситуации, самураи толклись на лестнице, ближе мы их не подпускали, но и сами оказались заперты в кабинете.

— Что дальше? — интендант сбросил стрелянные гильзы из барабана револьвера и принялся быстро засовывать патроны в каморы.

Я еще раз чертыхнулся. Бежать прямо на пули по узкому, длинному и прямому коридору — занятие для клинических оптимистов, читай — идиотов.

Но ничего более толкового в голову не приходило. Ну что же, сам завел людей в ловушку, мне их и вытаскивать.

Я вбил очередную обойму в магазин маузера, загнал патрон в патронник и перебежал к двери. Сколько получится — ползком, дальше на рывок, а там уже по ситуации.

— Прикроете меня…

— Сделаем… — Свиньин стал на колено возле дверного проема и прицелился.

Айн молча кивнул, методично посылая пулю за пулей в коридор.

Я выдохнул, быстро пробормотал молитву, но выскочить не успел. Внизу загрохотал пулемет Луки.

А еще через пару минут, со стороны лестницы в коридор вылетел японец, влепился в стену, сполз по ней и застыл, неловко разбросав руки и ноги, словно сломанная кукла. Еще один рванул в нашу сторону, но бабахнула короткая очередь, из спины солдата выплеснулись кровавые ошметки, а сам он кубарем покатился по полу.

Следом появился Лука, удивительно похожий на вставшего на ноги медведя с дымящимся пулеметом в руках.

Но тут же спрятался за угол и настороженно проревел.

— Ты как там, Ляксандрыч?

— Большая пришла!!! — айн припустил к своему дружку, на ходу радостно причитая. — Где так долго ходила? Моя мала-мала помирать собралась…

Мы тоже не заставили себя ждать.

— Ты как здесь оказался?

— Дык, думаю, мало ли что… — Мудищев пожал плечищами и скорчил виноватую рожу. — Ты уж извини, Ляксандрыч, что порушил приказ. А наши того, к причалам пошли…

— Цел?

— А что со мной сдеется?

— Не забуду… — я попытался обнять его одной рукой, но из-за габаритов великана получилось не очень. — А теперь ходу парни, там наш мореман уже должен был японское корыто на копье… тьфу ты, на штык взять…