Харагучи, мать его так! Мне нужен генерал Харагучи! Живым, мертвым, все равно, но пока я не достану этого ублюдка — не успокоюсь. По показаниям пленных, именно командующий японской группировкой отдавал команду уничтожать мирных жителей.

По пути наткнулись на нескольких японцев, удумавших обойти наших и в короткой схватке положили их всех до единого. Свиньин вошел во вкус и сам срубил двоих, остальных просто перестреляли.

Еще несколько минут сумасшедшего бега и мы выскочили к торцу здания резиденции.

— На месте! — Я поднял руку и прислушался.

Над Александровском стоял сплошной треск винтовочной пальбы, сквозь которые прорывались короткие гулкие очереди Гочкиса Луки. Взрывов слышно не было, значит японцы не успели пустить в ход орудия.

На втором этаже резиденции, в личных покоях бывшего губернатора Ляпунова, светились все окна, а через отрытые форточки слышался японский говор. У парадного, за каменными клумбами залегло с десяток солдат, в проемах окон первого этажа тоже угадывались силуэты японцев.

— Здесь, родной… — радостно ощерился я и жестом подозвал к себе бойцов. — Так… парни, чуть ниже перебежите улицу и обстреляйте косоглазых, но вперед не лезьте, только обозначайте активность — надо просто отвлечь внимание. Работаете минут сорок, дальше уходите в порт. Поляков — за старшего. Алесей Федотович, Тайто, вы за мной…

Я выждал немного, проскочил по улочке вдоль каменного забора резиденции, а потом подпрыгнул, потянулся и перескочил на задний двор. Следом перелез Свиньин и айн.

К счастью, обороне тыла японцы не уделили ровно никакого внимания, и мы остались незамеченными.

Пробежался по мощеной булыжниками дорожки мимо беседки и клумб и прильнул спиной к стене здания возле заднего входа.

Осторожно провернул ручку, но дверь оказалась закрыта.

— Черт… — пошарил по стене здания взглядом и едва не выругался от радости — окно в кухню оказалось открытым. Решетки на нем тоже не было, как и на остальных окнах.

Со стороны улицы полыхнула ожесточенная пальба: бойцы начали обстрел резиденции, а японцы принялись остервенело отвечать.

— Я — первый! — перекрикивая выстрелы, скомандовал я и для верности ткнул себя пальцем в грудь. — Алексей Федотович — вы за мной. Тайто — последний. Но только по команде. Постарайтесь по возможности не стрелять, пока не доберемся до второго этажа, работайте холодным оружием.

Интендант хищно ощерился и нежно провел ладонью по клинку сабли, а айн вытащил из-за пояса свой страхолюдный меч-нож.

— Я ведущий — вы только прикрываете. Вперед…

Отодвинул рукой занавеску, глянул внутрь, после чего рывком перемахнул в кухню и тут же, на чем-то оскользнувшись, с размаху грохнулся на пол.

С диким звоном на пол посыпалась посуда, а поясницу пронзила острая боль

— Гребаные святые угодники… — я свирепо выругался, перекатился, на корточках рванул за облицованный кафелем разделочный стол и замер, держа обеими руками у груди маузер.

Ожидал, что на кухню сразу ломанутся косоглазые, но так и не дождался. Из коридора доносилась ожесточенная пальба, видимо за грохотом своих «арисак», солдаты так ничего и не услышали.

Коротко мигнул трофейным фонариком и осмотрелся — чтобы опять не грохнуться.

В кухне царил жуткий бардак, весь пол порывал сплошной ковер из объедков, битой посуды и пустых бутылок. Жутко воняло сырой рыбой и еще какой-то гадостью.

— Засранцы, мать вашу… — я сплюнул, переложил пистолет в правую руку, левой вытащил томагавк и коротко свистнул, давая команду интенданту с айном лезть в окно.

Но команда из-за грохота не прошла, пришлось подходить к окну и маячить рукой.

Дождался пока они перелезут и шагнул к выходу в коридор.

В этом здании, я был всего раз, когда Ляпунов, по сути неплохой человек, из-за личного сочувствия к моей истории, предлагал мне должность дворника при резиденции — по каторжным меркам настоящую синекуру. Визит был очень коротким, от должности я категорически отказался, но внутреннюю планировку более-менее рассмотрел. Во всяком случае, путь в кабинет губернатора запомнил.

Так, работаем…

Выскользнул в коридор и осторожно заглянул в ближайшую комнату, где четверо японских солдат, быстро работая затворами винтовок, азартно палили через окна. Над потолком витали клубы сизой пороховой гари, полностью поглощенные стрельбой, солдаты ничего вокруг себя не замечали.

Я прикинул порядок действий, шагнул в комнату и тут же, едва не шарахнулся обратно в коридор, потому что в косяк двери, прямо над моей головой с треском влепилась пуля кого-то из наших стрелков.