— Нужно найти место для ночлега, скоро стемнеет. — сказал принц. — Здесьнеподалеку был постоялый двор, если варвары не нашли его раньше.

— Ведите. — ответил я.

Хотя зима шла на убыль, снега было много, мы проваливались на каждом шагу, далеко так не уйдешь, и мы решили рискнуть, выйти и идти по дороге, тем более, что уже темнело, а сами мы находили уже на достаточном отдалении от лагеря варваров. Из-за деревьев выглядывала луна, освещая все вокруг призрачным, обманчивым светом. Мороз крепчал, уставшее тело готово было свалиться в ближайший сугроб и уснуть там. И только разум не давал совершить подобную глупость. Вскоре из-за деревьев показалось большое строение, лунный свет не давал рассмотреть его как следует, но еще на подходе к нему стало ясно, что оно обгорело и частично разрушено, выходит, ночлег в тепле и относительном комфорте нам только снится.

Парни добрели до разрушенного постоялого двора.

— Ночевать здесь все равно лучше, чем просто в лесу. — сказал один, будто спорил с кем-то.

Другой молча прошел в распахнутый дверной проем, стены стояли почти целые, но потолок рухнул и внутри когда-то просторного зала вместо аккуратно расставленных столов и скамей теперь были непроходимые завалы обгорелых досок.

— Здесь не заночуешь. — задумчиво ответил второй. — Вон, вроде как, чуть целее постройка.

И они направились дальше. Небольшой сарайчик, стоявший чуть в отдалении, оказался сенником, и он даже не обгорел, насколько можно было видеть. Внутри еще было немного сена, в котором можно было хорошо выспаться, не опасаясь замерзнуть морозной ночью.

Парни быстро сгребли его в большую кучу, после принесли обгорелых досок с пепелища и на земляном полу развели небольшой костер. Тепло и свет костра сделали немного уютнее их временное убежище. Один из них достал из своего рюкзака тонкий но теплый плед.

— Нет, я все понимаю, но когда ты его положил, что я не видел. — спросил один другого.

— Ловкость рук и никакого мошенничества. — усмехнулся первый. — согласитесь, принц, спать хоть и в сене, но под пледом теплее.

Он подбросил плед вверх и ловко расправил его.

— Королевское ложе готово, мой господин. — слегка дурачась проговорил он.

— Будешь моим постельничим. — ответил принц, — раскладывая нехитрые припасы.

— Ну уж нет, лучше конюхом, лошадям ноги укрывать не надо, и подушку поправлять…

— Никакого почтения. — притворно вздохнул принц. — Иди поедим, и отдыхать.

Стах охотно подошел к импровизированному столу, Леолан протянул ему кусок хлеба с вяленым мясом.

— Я дежурю первым, ты после полуночи. — сказал принц.

— Эх, хорошо быть принцем. сам выбираешь когда дежурить… — мечтательно протянул Стах. — Ладно — ладно, спать, значит спать.

С этими словами, он запил свой ужин водой из фляжки, что висела у него на поясе, улегся в сено и укутался пледом. Очень быстро дыхание Стаха стало ровным и глубоким. Леолан стал возле дверного проема, слушая звуки ночного леса. Вот вдалеке завыл волк, еще дальше ему ответил другой, заухала сова, упала ветка с дерева, костер тихо потрескивал за спиной. Глаза принца постепенно привыкли к призрачному свету луны, и он отчетливо видел лес, не спящий, продолжающий жить своей жизнью. За спиной принца будто потянуло холодом и пахнуло разрытой могилой, послышался протяжный стон Стаха. Леолан обернулся к спутнику, костер почти догорел, редкие язычки пламени поднимались над остывающими углями и почти не давали света, но его света оказалось достаточно, чтобы рассмотреть крохотное существо, появившееся возле степняка. Стах опять застонал, Леолан выхватил нож из ножен и метнул его в ночного пришельца. Послышался пронзительный визг, пришелец, не переставая визжать, попытался скрыться. Стах моментально проснулся и тоже метнул нож в нежить. Крепкая сталь глубоко вошла в тело и пригвоздила существо к полу. Леолан подкинул досок в костер, пламя поднялось и стало светлее. Стах тем временем парой ударов мечом добилпришельца. Когда-то оно было ребенком, эльфом, не больше двух лет. Сейчас же это был упырь, маленький неопытный нескольких дней от появления. Серая кожа, острые зубы и длинные когти не давали усомниться в том, кто перед ними.

— Откуда эта тварь взялась? — спросил Стах. его лицо было бледным настолько, что даже слабый отсвет костра не мог скрыть этого.

— Скорее всего, это ребенок хозяев двора или кого-то из постояльцев. — задумчиво ответил Леолан. — Я не хочу такого для своего сына. — с болью в голосе произнес принц.

— Если вы не поможете мне остановить кровь, то вам придется идти дальше одному. — тихо сказал Стах. — Я не смогу одной рукой затянуть повязку.

Леолан посмотрел на своего слугу, тот пытался зажать рану на запястье другой рукой, но кровь продолжала стекать по пальцам вниз, на мерзлый земляной пол.

— Я даже не почувствовал, как он до меня добрался. — будто извиняясь продолжил Стах.

— Ты застонал во сне. — принц подбросил еще веток и досок в костер, и при более ярком свете осмотрел место укуса. Из глубокой рваной раны обильно сочилась кровь.

— Там, в рюкзаке ткань для перевязок. — снова заговорил Стах.

Леолан подхватил один из рюкзаков и быстро разыскал чистые полоски ткани, после, не говоря ни слова, быстро и туго замотал раненую руку.

— Будем надеяться, что кровь вымыла всю грязь из раны. — произнес принц.

— Вот же гадость, вы только посмотрите. — указал Стах здоровой рукой.

Упыреныш, разрубленный почти пополам, упорно пытался доползти до того места на полу, где натекла кровь, совершенно не обращая внимания на вываливающиеся из разрубленного тела, внутренности.

— Нужно сжечь его, пока обратно не сросся. — велел принц.

С большим трудом им двоим удалось затолкать нежить в костер, а чтобы упырь не вылез, пришлось удерживать его там при помощи мечей и палок. Упырь визжал и пытался перегрызть палки, и разбрасывал вокруг горячие угли. Когда визг прекратился, Стах втолкнул оставшуюся часть нежити в пламя, и обратился к Леолану.