— Любопытно, что к демонам люди взывают чаще. Неужели считают, что мы меньше загружены?

— Не думаю. Пожалуй, люди одинаково симпатизируют и демонам, и ангелам. Их прельщает чужое величие, когда есть видимость сколь оно сходно с их думами и мечтами. Но мы им определённо ближе. В конце концов, если человеку избавиться от «собственных демонов», то что человеческого в нём останется?

— И зачем вам понадобилось сохранять это подношение? — не став отвечать на вопрос, вернулся к заинтересовавшему его обстоятельству Дзэпар.

— Мне не нравится растрачивать ресурсы впустую, а новый жрец поинтересовался, будет ли полезен сей дар, — озвучил некогда стоявшую перед ним дилемму Ал’Берит.

— Видимо он и сам уже не знал куда складывать такой подарок! — рассмеялся герцог, но собеседник не отреагировал на шутку, а продолжил серьёзным голосом:

— Так что я пришёл к выводу, что этими черепами можно выложить стены кабинета. Полагаю, к следующему вашему визиту обстановка станет более антуражной. Особенно, если переместить сюда и начало моей коллекции зувемдиго. Планирую увеличить их количество и разместить на ступенях.

Глаза виконта довольно осмотрели кабинет, как если бы комната уже была преображена согласно его замыслам, и не иначе как представленное ему понравилось, ибо один уголок рта Ал’Берита самодовольно приподнялся. Эта кривая улыбка дала понять Дзэпару, что пришла пора переходить к сути своего визита.

— Аналогичным образом вы усовершенствовали пол в церемониальном зале. И не только его. Так что, если Её всевластие Ашенат и далее станет вовлекать вас в свои игры с людьми, то все эти кости только начало. Придётся полностью обновлять замок, а то и весь город.

— Люди ей уже порядком наскучили, — заметил Ал’Берит, ловко спускаясь на пол. — Да и до жрецов я донёс соответствующие указания. Так что этот народ должен восстановить свою численность. Во всяком случае, до той поры пока его правители не возжелают собственных заслуг, истребление им не грозит.

— Щедро.

— Немного процветания станет полезно для развития, а мне любопытно именно оно.

Отчасти это замечание было верным. В совместном (и несколько детском) развлечении виконта с сестрой Ал’Берит предпочитал строить цивилизации, а она царствовать над ними, а затем и разрушать их своими капризами. Склоняющиеся перед ней люди льстили самолюбию демонессы, но… были слишком слабы. Ашенат желала большего. Ни одна гениальность не могла существовать без толики безумия, но герцогиня Ада перешла все грани, позволяющие ещё вернуться к равновесию.

Пожалуй, не будь она столь сумасбродна, то могла бы заключить союз, позволивший бы ей в будущем изменять судьбы миров на законных основаниях. Но находиться рядом с ней нынешней было излишне опасно.

Сам Дзэпар вообще предпочитал избегать общества Ашенат насколько возможно! Он никогда не забывал, что не является для неё братом, ради возмездия за которого можно устроить бал, дабы совершить на нём резню. Демонесса легко расправилась со всеми Высшими, ставшими гостями на том пиру!

Сила её могущества не уступала её неистовству. И предложение о партнёрстве такому игроку было исключено. А потому, с учётом того, что внимание Ашенат снова переключилось с Земли на Ад, то решение не оставляло сомнений и требовало скорости. Этой грозной фигуре следовало максимально быстро исчезнуть с доски. И Князь Светоносный уже даровал своё благоволение. Подданным, дабы не создавать неприятный для себя прецедент, требовалось лишь создать повод для его личного участия.

… А подобраться настолько близко к Ашенат мог только один демон.

— Раз вместо Земли ваша сестра увлеклась бароном Ражхафером, то в будущем вам станет легче развивать цивилизации. Но надолго ли? Будет ли крепок интерес Её всевластия, несмотря на ожидаемое ею дитя, как вы считаете?

— Личные привязанности Ашенат не так уж и заботят меня, — ответил Ал’Берит с лёгкой улыбкой. Внешне он никак не проявил недовольства, что любовница снова оставила его ради кого-то другого. Причём так, словно бы напрочь забыла о существовании брата. Но интуиция герцога ощущала раздражение и досаду.

— Разве ваша семейная карта различна, чтобы отпустить ситуацию? Его высочайшее всевластие Ши’Алуэл посчитал бы личным оскорблением появление такого внука. Ваш общий отец стремился к максимально возможному возвышению рода.

— Чистота крови всегда значила для него очень много. Демонов, носящих титул ниже графского, он уже не относил к Высшим, — согласился Ал’Берит, и его глаза полыхнули гневом несмотря на то, что отчим был уже мёртв. — Но я сын Дхаргона и могу позволить себе такую вольность.

— Для того, чтобы так считали и остальные, необходимо отсечь все линии.

Герцог действовал прямолинейно. Репутацию собеседника и так нарушало происхождение. Последующие же расправы над младшим братом и названным отцом, уважаемым могущественным Высшим демоном, и вовсе низводили ту на нет. Семейные узы никто и никогда не разрывал без существенных на то оснований. И пусть у Ал’Берита некоторые обоснования имелись, ибо Ши’Алуэл в своём высокомерии и презрении к пасынку повёл себя неосмотрительно неосторожно, но тогда следовало бы прерывать весь род. Только так этот демон мог достойно восстановить свою честь… хотя и лишиться при этом всех прочих достижений.