– Спасибо, - сказала Кира и взяла ложку.

– Приятного аппетита, - с улыбкой ответила Мария и выразительно посмотрела на Дашу. Та нахмурилась.

Ксения села возле дочери и взяла свою ложку, намереваясь помочь ей есть. Но девочка решительно отодвинула мамину руку со строгим выражением лица, мол «не позорь меня»:

– Я сама.

Ксения, улыбаясь, подняла руки вверх, как будто сдаваясь:

– Хорошо-хорошо. Не трогаю.

Девочка не очень умело зачерпнула суп и отправила его в рот. Ксения поправила волосы дочке и подняла взгляд. И сразу наткнулась на два пристальных взгляда: Даша смотрела на них с голодной завистью, а взгляд Герман отдавал легкой грустью. От неловкости Ксению спасла Мария, поставив перед ней тарелку с супом.

– Спасибо.

– Приятного аппетита.

Все стали, молча, есть, и даже Кира, которая всегда болтала во время обеда, не произносила ни слова. Такая тишина была для Ксении не привычной и немного пугающей. Наверное, в этом доме действует строгое правило «когда я ем, я глух и нем», но Ксения решила его нарушить:

– Спасибо, Мария, очень вкусно.

– Не за что, - ответила женщина и продолжила хлопотать по кухне.

– Кира, тебе понравилась комната Дарьи?

Девочка отвлеклась от сложного процесса «супоедения» и сразу оживилась:

– Да! У неё там настоящие качели и огломный дом для куклы. И плинцессы на стенах!

– Принцессы? – Ксения посмотрела на Дашу. – Я тоже люблю принцесс? Какая твоя любимая?

– Эльза, - ответила Даша и посмотрела на отца, как будто спрашивая у него разрешения на ответ. Мужчина улыбнулся и девочка продолжила: - А твоя?

– Ваша, надо говорить ваша, - поправила Дашу Мария.

Дарья сразу смутилась, а Ксения улыбнулась:

– Ничего страшного, можно на «ты», мне так больше нравится. А я люблю принцессу Мириду. У нас с ней есть небольшое сходство, - Ксения усмехнулась и заправила прядь каштановых вьющихся волос за ухо: - Ты как думаешь?

– Да, моя мама плинцесса Милида! – радостно воскликнула Кира.

Даша тоже улыбнулась и хитро спросила:

– А из лука ты умеешь стрелять?

Ксения шутливо округлила глаза:

– О-у-ч, поймали. Признаюсь, не умею. Но зато очень люблю лошадей. Это считается?

– Нет-нет, - рассмеялась Даша, Кира весело ей вторила, - не считается. Не считается!

Герман с улыбкой наблюдал за оживлением за столом. Его дочь и маленькая Кира радостно веселились, поддразнивая Ксению. А та, подыгрывала им с искренней улыбкой. И вдруг всеобщие внимание переключилось на него, и мужчина понял, что пропустил вопрос, любуясь женщиной напротив.

– Папа, - позвала его Даша, - какая принцесса больше всех нравится тебе?

– А какие есть? – спросил он.

– Мирида, Эльза, Жасмин, Золушка, - начала перечислять дочь.

Герман улыбнулся:

– Мне нравится принцесса Дарья Улыбчивая, Кира Взрослая, Мария Хозяйственная и, - мужчина посмотрел на Ксению и заметил её смущение: - принцесса Ксения-что-не-умеет-стрелять-из-лука, - закончил он. На его языке вертелось совсем другое определение для принцессы Ксении, но его нельзя было произносить при детях.

Все дружно рассмеялись.

Глава 3.

Герман вышел из-за стола первым, ему позвонили. Дети убежали сразу после него, одеваться на прогулку. Ксения принялась собирать тарелки со стола.

– Не нужно, оставьте. Я все уберу, - остановила её Мария.

– Я хочу помочь. Вы готовили обед, я мою посуду. Это честно.

Мария возразила:

– Ни в коем случае, вы гостья в доме.

– Ерунда, я же не белоручка, - Ксения улыбнулась и решительно отодвинула Марию от раковины. – Идите, вы же хотели погулять с детьми.

Женщина потопталась на месте пару секунд и вышла из кухни. Она поднялась на второй этаж и решительно постучала в дверь кабинета хозяина дома. Секрет долгой и успешной работы в этом доме был прост, Мария сразу спрашивала у Германа Романовича то, что ей было не понятно. Откровенность и прямота – вот их негласные правила. Мужчина разрешил Марии войти, и та прикрыла за собой дверь.

– Я бы хотела уточнить статус Ксении в доме? – сразу спросила женщина.

– Статус?

– Она сейчас моет посуду внизу, потому что просто отстранила меня от этого. Если она гостья, то не может мыть посуду, так как не должна заниматься домашним хозяйством – это просто неприлично. Если же она не гостья, тогда кто?
– мужчина, молча, смотрел на женщину и та продолжила: - Не подумайте, пожалуйста, что я спрашиваю из любопытства, просто хочу понять. Может, вы с ней договорились, что она должна отрабатывать свое проживание, я должна знать, чтобы вести себя правильно. Или как?

 - Мария, пусть делает что хочет, - ответил, наконец, мужчина.

– Что хочет, ясно, - кивнула женщина, хотя после его «что хочет», еще больше запуталась.

 - Буду с вами предельно откровенен, как и вы со мной. Ксения гостья, пока. Но я намерен сделать её… хозяйкой дома.

Мария сдержала удивление и только кивнула:

– Поняла.

Герман улыбнулся:

– Вот и хорошо. Что-нибудь еще?

– Нет ничего. Только, пожалуйста, уведомите меня, когда «гостья» приобретет статус «хозяйки». Не хочу «сесть в лужу».