– Что случилось? – строго спросил он.

Мария заломила руки:

– Я не хотела вам звонить. Отвлекать. Думала, сама справлюсь.

– Мама-мама, - рыдала Кира, а Ксения только улыбнулась, чем очень удивила Германа и Марию.

– Ну, и что ты тут устроила, моя актриса? – невозмутимо спросила она, наконец, присаживаясь перед дочерью на корточки.

– Я хочу домой, - плакала девочка.

– Значит, домой, юная шантажистка. Тебе не разрешили то, что ты хотела, и ты устроила показательное выступление? Так?

Кажется, Герман начинал понимать, почему Ксения совершенно спокойно реагирует на слезы Киры. Она хорошо знала свою дочь. Девочка обхватила ручками мамину шею, и слез стало на порядок меньше. Ксения подняла ребенка на руки и спросила:

– Кира, мы же говорили с тобой об этом. Так делать разве хорошо?
– девочка крепче обхватила мамину шею и отрицательно закивала головой. Ксения взглянула на Марию: - Простите нас, вы стали жертвой наших хитриков. А где Даша? – спросила женщина, замечая, что второго ребенка нет. Мария обернулась к лестнице, там и седела девочка, и вид у неё был испуганный. Ксения улыбнулась ребенку и сделала к ней пару шагов. Не нужно быть детским психологом, чтобы понять, что дети что-то не поделили. – Даша спускайся к нам. Расскажешь, что у тебя требовала моя маленькая капризуля?

Кира тоже посмотрела на девочку и вытерла кулачками слезы. Дарья нерешительно поднялась, но спускаться с лестницы совсем не торопилась. Герман строго сказал:

– Дарья, ты слышишь, что тебе говорят?

После его слов девочка закусила нижнюю губу и Ксения поняла, что если сейчас же не вмешается, у них начнется новая детская истерика. Она неодобрительно посмотрела на мужчину и, вдруг, сделала совсем нереальное, сама от себя такого не ожидала: женщина передала Киру Герману. Тот с легким удивлением подхватил ребенка на руки, а Кирюша стала третьим удивившимся человеком за последнюю секунду. Женщина прошла к лестнице и поднялась к Даше:

– Ну, что испугалась? Думала, тебя будут ругать из-за моей ревы-коровы?
– девочка быстро кивнула, а Ксения раскрыла объятия. Даша, не колеблясь ни секунды, обняла женщину и все-таки расплакалась. Ксения погладила ребенка по голове: - Не бойся, никто не будет тебя ругать, - она подняла к себе детское личико: - Прости Киру, она еще маленькая и не понимает, что есть интересы и других людей. Что вы не поделили?

– Куклу. Она хотела куклу, а ей не дала. Я боялась, что с куклой может что-то случиться. Мне её мама подарила, - объяснила Даша.

Ксения понимающе кивнула и прижала девочку к себе. Она снова погладила Дашу по голове, а потом взяла за руку и они вместе спустились вниз. Ксения заметила, что теперь и Мария украдкой вытирает слезы, а Кира неосознанно теребит пуговицу на рубашке Германа, глядя на них. Ксения с легким волнение подумала, что если её дочь оторвет пуговицу, она может и не рассчитаться за эту рубашку:

– Кирюша, оставь пуговицу в покое, - велела женщина. Герман и Кира одновременно посмотрели на волнующий Ксению предмет. Девочка быстро отняла руку, а Герман вскинул брови, мол «чего такого, пусть теребит». – Теперь, когда мы все выяснили, я, думаю, пришла пара извинений. Кира?

– Плости, - сказала девочка и опустила глаза.

– Ты тоже меня прости, - вторила ей Даша.

Ксения глазами велела Герману опустить Киру вниз, и он поставил ребенка на пол. Кира сразу обняла Даша и та обняла её в ответ.

– Ты будешь со мной иглать? – спросила Кира.

– Буду. Пойдем. Я дам тебе поиграть с маминой куклой. Только осторожно.

Кира улыбнулась:

– Я буду остоложно-остоложно. Только поделжу её в луках и отдам.

Они опять стали друзья не разлей вода, и направились к лестнице. Ксения их остановила:

– Минуточку, юные леди. Мне, кажется, есть еще один человек, который заслуживает ваших извинений, - Ксения посмотрел в сторону Марии.

Девочки тут же подошли к женщине и извинились. А потом быстро убежали наверх. Ксения посмотрела на Марию и вдруг спросила:

– Во сколько у вас сегодня заканчивается рабочий день?
– женщина удивленно моргнула и глянула на хозяина дома. Ксения тоже посмотрела на него: - Герман Романович могу я отпросить Марию сегодня чуть раньше с работы? Мне нужен собутыльник, - пояснила она, и устало улыбнулась.

Он улыбнулся в ответ:

– Отпускаю. Только, пожалуйста, без танцев на столе.

– Договорились, - кивнула Ксения и спросила: - Где у вас ближайший магазин?

Мария подошла к ней и взяла под руку:

– У меня есть все необходимое для женских посиделок. А если что, сделаем набег на бар Германа Романовича, он и не заметит.

Женщины, посмеиваясь, скрылись на кухне. Мужчина еще пару секунд изучал их спины. Ксения каждый раз открывалась для него с новой стороны: она не была так застенчива и пуглива, как ему казалась раньше, имела хорошее чувство юмора, была ласковой, но справедливой с детьми, спокойной и рассудительной. Ксения нравилась ему все больше и больше.