Шрифт:
Ё-моё! Вот оно, значит, как… вот оно, значит… куда…
Внизу на камнях лежал человек. Лежал неподвижно и неестественно, со свёрнутой набок шеей. В падающем откуда сбоку свете уличного фонаря всё это можно было относительно хорошо разглядеть. Плащ на трупе был точно такой же, как и на господине Попове.
На него я смотрел секунд пять. Затем развернулся и быстро пошёл, почти побежал, в сторону Университетской площади. Спуститься вниз я не мог — слишком круто, да к тому же темно, а на площади имелось несколько таксофонов.
Добежав до ближайшего, я заскочил внутрь, снял трубку и дважды провернул диск. Длинное «0», короткое «2», денег не надо, милиция у нас, слава богу, бесплатная.
— Дежур…по… у… тан …цов слушает, — прозвучало через пару секунд.
— Найден труп, неизвестный мужчина, район МГУ, улица Косыгина, двести метров правее трамплина, за ограждением.
— Кто говорит? Представьтесь…
Я молча повесил трубку.
В запасе у меня было, максимум, десять минут. Или чуть меньше. За это время требовалось дойти до метро или хотя бы до людного места, а там…
М-да, зря я сегодня зарегистрировался перед лекцией. Глупо. Бездарно. И совершенно не по-игроцки…
Глава 10
Пятница. 12 октября 2012 г.
— Привет!
Вошедший в зал Михаил Дмитриевич, прежде чем сесть, не спеша осмотрелся и только затем протянул руку Синицыну.
— Давно ждёшь?
— Не знаю, — на лице профессора блуждала улыбка, словно его мысли витали сейчас где-то далеко-далеко.
Смирнов приподнял бровь, но спрашивать дальше не стал. Пока не стал. Просто сел в угол, на то же самое место, которое занимал месяц назад, во время памятной встречи, когда он узнал о записке Андрея и о секретном отделении в портфеле Синицына.
В отличие от прошлого раза, народа в пивной было немного. В каждом из залов по два-три посетителя, и даже у барной стойки никто не тянул тёмный портер или ирландское светлое.
Причина понятна. До конца рабочего дня ещё далеко, основная публика подтянется ближе к семи, когда пробки на дорогах достигнут пика, а моросящий дождь загонит в многочисленные магазины, кафе и питейные заведения даже тех, кто туда изначально не собирался.
— Что будете заказывать?
Михаил Дмитриевич неспешно раскрыл меню.
Нарисовавшаяся возле столика официантка терпеливо ждала.
— Сырные шарики, гренки с чесноком и пинту «Килкенни».
— Горячее?
— Нет, спасибо. Возможно, попозже.
Девушка закрыла блокнот и ушла, а спустя две минуты перед Смирновым уже стояли пара тарелок с нехитрой закуской и изогнутый тюльпаном бокал красноватого пива, увенчанный шапкой пены толщиной ровно дюйм, словно её взбивали и отмеряли специально.
— Сто девятнадцать, пятьдесят три.
— Что? — бывший «чекист» с недоумением посмотрел на профессора.
— Я говорю, ирландское здесь наливать не умеют, — вздохнул тот. — Good things come to those who wait. Мне «Гиннесс Драфт» принесли меньше, чем через минуту, и это форменное безобразие. Его должны были наливать ровно сто девятнадцать и пятьдесят три сотых секунды, причём, в два этапа…
— Тут тебе не Англия и не Ирландия. Привыкай, — усмехнулся Смирнов. — Или устрой скандал и потребуй, чтобы налили ещё раз и как положено.
— Да ну. Неохота, — отмахнулся Синицын. — И потом, раз сразу не сделали, значит, вообще не умеют.
— А ты научи.
— Зачем? — пожал плечами профессор. — Иностранцы сюда не ходят, а наши… Нашим, как назюзюкаются, абсолютно по барабану, что наливать, как наливать, куда наливать… главное, чтобы было налито, остальное пофиг.
Смирнов засмеялся.
— Да. Пожалуй, ты прав. Нашим действительно всё равно, — он отхлебнул из стакана и вопросительно посмотрел на друга. — Ну, что у нас нового?
— Нового? — Синицын порылся в портфеле и выудил оттуда сброшюрованную пачку бумаг. — Вот, посмотри. Тут полная спецификация заказанного оборудования.
Михаил Дмитриевич раскрыл «брошюру» и углубился в чтение.
Читал он достаточно долго, медленно перелистывая страницы и регулярно возвращаясь к уже прочитанному. Минут через двадцать он отложил бумаги и задумчиво пробормотал:
— Итак, если я правильно понял, сейчас нам, кровь из носу, требуются пять с половиной лимонов.
— А? Что? — вскинулся вновь «ушедший в себя» Александр Григорьевич.