Перед дверью в спальню помедлил, боясь застать девушку врасплох в неприличном виде. Но, решив, что время для сна слишком раннее, вошел. Того, что его могут зачаровать, не боялся. Его прекрасная невеста все равно лучше любой девки-простолюдинки, а его любовь защитит от самого сильного приворота.

В спальне никого не было. Прикинув расположение комнат, пошел к малой гостиной. Она наверняка сидит там, любуется видом из окна, что ей еще делать?

Громко постучав, оказывая этим любезность купеческой невесте, вошел и застыл от изумления. С кресла ему навстречу поднялась тоненькая девушка неземной красоты в простом сером платье, с перекинутой через плечо толстой золотистой косой, вовсе не похожая на простолюдинку с их грубоватой красотой. Ее синие глаза сверкали, на щеках горел нежный румянец, белая кожа была такой прозрачной, что казалась голубоватой.

Он несколько раз открыл и закрыл рот, не в силах вымолвить ни слова.

— Кто вы? — девушка казалась удивленной. — И как проникли сюда?

— Я Кристоф, младший брат элдормена Аверна, — с трудом выговорил он. — А вы его невеста? — он почувствовал горячечную ревность, разлившуюся в груди огненной лавой. На последний вопрос он ответить забыл.

В голове билась привычная завистливая мысль: почему брату всегда достается самое лучшее? Мало того, что он глава рода и ему принадлежит весь мэнор, так он еще и женится на такой красавице! Невеста Кристофа, которую он еще недавно считал образцом изысканности и красоты, оказалась грубым глиняным идолом, не выдержавшим сравнения с истинной красотой.

— Я не его невеста! У меня вообще жениха нет, и замуж я не хочу! — сердито объявила эта чудная девушка. — Ни за кого!

Кристофер решил, что это его шанс. Опустившись на одно колено, он моляще протянул к ней руки и попросил:

— Примите мое сердце и руку, и я клянусь всегда любить и оберегать вас!

Девушка огорченно вздохнула и жалобно протянула, пряча синий взгляд:

— Ну что вы, не надо так говорить! Вы видите меня в первый раз! Вы не можете меня любить! Вы просто хотите досадить своему брату! — и подумала, что с помощью него можно попытаться отсюда сбежать.

Кристофер хотел было уверить, что он в самом деле влюблен в нее и вовсе не думает о Герте, но тут в покои влетел разъяренный элдормен Аверн. Он мгновенно выставил брата вон, даже не узнав, как он тут объявился.

Исподтишка проследив за ушедшим на разведку младшим сыном, элдормесса с нарочитым безразличием поинтересовалась у старшего:

— Что так привлекло тебя в этой девице? Не говори мне, что ты покорен ее неземной красотой, для этого ты слишком разумен. Для тебя любая красота ничто, если к ней не приложен весомый довесок.

Герт покрутил в руке серебряный кубок с забродившим сидром.

— Вы правы, дорогая мама. И довесок есть, причем гораздо дороже любой красоты. — Он многозначительно кивнул на недопитый кубок и намекнул: — Потому что я хочу пить настоящее вино, мама, а не эту мерзкую кислятину. И жить в роскошном дворце в столице, а не в этом всеми позабытом, продуваемом ледяными ветрами замке. — Брезгливо сморщив нос, он пренебрежительно выплеснул сидр на пол.

Элдормесса Аверс непонятливо заморгала серыми глазками. Что это с сыном? Он всегда был доволен своим положением.

— Настоящее вино слишком дорого, чтобы пить его каждый день, — поучающе произнесла она, укоризненно покачивая головой. Сложная башня на ее голове, сооруженная камеристкой, болталась в такт словам. — Но, уж если тебе так его захотелось, ты можешь приказать открыть бочонок с красным вином в дальнем подвале. Я знаю, там их осталось еще пять.

— Их осталось всего два, мама… — уточнил элдормен, раздумывая, не послать ли за вином, раз уж сама матушка не против.

— Какая необдуманная расточительность! — негодующе вскричала экономная элдормесса. — Как можно так поступать со своим наследством? Ты же знаешь, что каждый бочонок настоящего вина на вес золота! Если не дороже! А ты еще затеял эту безумную женитьбу!

— Я женюсь на Амирель именно потому, что не желаю считать каждый медяк! — проговорил сын, насмешливо глядя на недалекую мать. — Но большего тебе знать не нужно. Ты, извини меня, чересчур деятельна и болтлива.

С этими странными словами он поднялся и вышел, даже не извинившись за то, что оставляет мать в одиночестве.

Оставшись без присмотра старшего сына, непоседливая элдормесса тут же пожелала выяснить, что смог узнать о наглой девке ее младший сын. Прошла в его комнаты и столкнулась с ним в дверях. На Кристофе лица не было. Глаза горели, на обычно бледных щеках пылал лихорадочный румянец, и весь он был незнакомо взвинченным.

— Что случилось? — опасливо поинтересовалась она. — Ты ее видел? Что она собой представляет?

— Видел! — восторженно выпалил сын. — Это неземная фея! Никого красивее я в своей жизни не видел! Я на ней женюсь!

— Опомнись! — элдормесса не на шутку испугалась. — Что с тобой? У тебя же скоро свадьба! Ты только что говорил, что влюблен в свою невесту.

— К дьяволу невесту! Я только теперь понял, что такое настоящая любовь! — Кристоф вел себя, как буйно помешанный. — Я сделаю все, что захочет Амирель!