Все попытки матери воззвать к его обычно крепкому здравомыслию успеха не имели. Вдовствующая элдормесса ужаснулась. Что это за чертова девка? За какие-то мгновенья она успела приворожить и ее второго сына! Видимо, впрямь настоящая колдунья. Поняв, что послала к ней Кристофа опрометчиво, это решение оказалось роковой ошибкой, от всей души пожелала одного — чтоб глава тайного королевского сыска появился здесь как можно быстрее и отправил эту мерзкую колдунью на костер.

Немного успокоившись и поразмыслив, Кристоф, понимавший, что Амирель отнять у брата не сможет, и, не зная об уже отправленном послании матери, написал свое, и тоже к главе рода. Просьба была та же — запретить Герту жениться на Амирель, но по другой причине: потому что невеста не желает навязанного замужества. И из замка Аверн к элдормену Ветте помчался второй гонец.

Элдормен Аверн все с теми же смешными затычками в ушах мрачно смотрел на Амирель. Та потерянно уставилась в пол, откровенно его страшась.

— Я приказал вам не встречаться с другими людьми! — Герт чувствовал, что его просто распирает от злости, и чешутся кулаки.

Он никому не позволит отобрать у себя надежду на роскошную жизнь! Хотелось ударить девчонку за своеволие, но он сдерживался, понимая, что еще не время. Вот женится он на ней, тогда и даст волю своему норову, пороть будет каждый день. Но не сейчас. Ни к чему ее пугать. Кто ее знает, что она вздумает выкинуть?

— Зачем я вам? — она повернулась к нему, стараясь, чтоб он смог прочесть ее вопрос по губам. — Я ведь вам даже не нравлюсь.

Он мрачно усмехнулся.

— Ты хорошенькая, и даже очень, но только из-за красоты я никогда жениться бы не стал. Твоя кровь — вот что мне нужно. И ее возможности. — И грозно добавил: — С твоей помощью я сровняю с землей всех этих заезжих аристократишек, отнявших у нас самые лучшие земли, благоволение наших королей и власть. Я лишу их титулов, земель и богатств. Они станут жалкими простолюдинами. А те, кому это не по нраву, подохнут на виселицах. Я им в этом с удовольствием помогу.

Амирель отшатнулась, со страхом глядя на ставшее безобразным от гневной гримасы лицо своего пленителя. Но все же нашла в себе силы возразить:

— Но ведь это бесчеловечно! И они так давно живут здесь, теперь это их страна.

Он небрежно повел широкими плечами.

— Чушь! Они узурпаторы, захватившие власть в моей, исконно моей, стране.

С этим она согласиться не могла:

— Прошло уже полтысячелетия, они, вернее, их потомки, давно стали здесь своими.

— Они никогда не станут в Северстане своими! — элдормен со злостью рубанул раскрытой ладонью. Будь у него в руке меч, он разрубил бы ее напополам только за то, что осмелилась ему возражать. — Они даже не сливают свою кровь с местной знатью. Я не знаю ни одного брака между элдорменами и аристократами Терминуса. Если не считать двух браков пятьсот лет назад — между принцами крови и девицами из свиты принцессы Лусии. Их потомки именуют себя герцогами и смотрят на нас как на жалких букашек. Мы, коренная знать Северстана, по сути немногим отличаемся от простолюдинов, потому что все права у пришельцев! Этому нужно положить предел!

Амирель отвернулась, чтоб он не заметил ее презрения и страха, которые она пыталась что было сил скрыть. Он сумасшедший, опасный сумасшедший! Для него чужие жизни сущий пустяк, через который можно запросто переступить в угоду собственной гордыне! Но разговор был не закончен, и она снова повернулась к нему, чтоб узнать побольше.

— И как вы это собираетесь сделать? — спросила дрогнувшим голосом.

Наклонившись к ней, Аверн приподнял ее голову за подбородок и широко ухмыльнулся.

— Очень просто. Я же сказал, с твоей помощью. Когда я стану твоим мужем, ты будешь мне подчиняться во всем, не так ли?

Она резко дернула головой, освобождаясь от грубых пальцев, и подошла к окну, ничего не ответив. Он проследил за ней, ухмыляясь.

— Конечно, станешь! — он в этом не сомневался. — Ты же из крестьянской семьи, ты не сможешь по-другому. Это у вас в крови сидит. Если бы иноземцы, все эти герцоги, графы и прочая шваль, не завезли сюда свои порядки, при которых глупые бабы имеют право возражать своим мужьям-повелителям, вы бы и пикнуть не посмели.

Амирель не представляла, насколько глубока вражда между элдорменами и титулованными особами, ведущими свой род из Терминуса. Дроттин рассказывал ей о соперничестве, но о том, что одни готовы уничтожить других — нет!

Она прислонилась лбом к холодному стеклу, надеясь понять, что ей делать. Элдормен был прав — после обряда она будет полностью принадлежать ему и будет вынуждена делать все, что он прикажет. Вряд ли она сможет сопротивляться. Но она сделает все, чтоб не стать его женой!

— Ответить «да» за невесту, у которой нет влиятельной родни, имеет право и тот, кто берет ее в жены, — проницательно сказал Герт, оказываясь с ней рядом и властно кладя руку ей на плечо. — Это разрешают наши древние законы. Так что сопротивляться бесполезно. Ты станешь моей женой, хочешь ты этого или нет.

Амирель хотелось скинуть со своего плеча нежеланную ей руку, но она не посмела. Только сделала шаг в сторону, создавая разделительное пространство.

— Боишься меня? — элдормен хмыкнул. — Это и хорошо, и плохо. Крестьянская жена должна бояться своего мужа, это так, но вот супруга королевской крови должна своего супруга уважать. Мы с тобой будем властвовать над Северстаном вдвоем. Мы изменим порядки, и простым людям жить будет куда легче, чем сейчас.