– Если это намек на то, что нам больше не о чем говорить, передай хозяину, что до него долго доходит.

– Забавно получилось, да?

Ванджерий улыбался, глядя на нас так, словно не было ни битв, ни сцены на площади. Словно мы просто встретились, прогуливаясь по пешеходной улочке теплым летним вечерком.

– Ты стольким пожертвовала ради Штормхолда, так рискнула, использовав силу. А они ненавидят тебя. Проклинают. Призывают навсегда убираться из их мира. Должно быть, это обидно, Таара. Твой брат говорил, это тебя сломает и, кажется, был прав. Потому что сейчас я смотрю в твои глаза и не вижу ничего, кроме пустоты.

Он скорчил жалобную рожу.

– О-о-о, нашей девочке больно и обидно? А ты думала, все так просто? Помашешь магией, и станешь народным героем? О, не-е-ет, народный герой у нас лорд ди Файр, а ты – их кошмар наяву, проклятье Штормхолда, которому не дадут жить спокойно.

– Ванджерий, - угрожающе произнес Крост. – Замолчи и убирайся, пока у меня еще есть терпение.

– Иначе что? Ты не можешь меня убить. Ты знаешь это.

– Но я могу сделать так, что остаток жизни ты проведешь в боли. И это хуже смерти, поверь.

– Все-все-все, - Ванджерий поднял руки, осторожно продвигаясь к выходу, - я ухожу. Прошу прощения, что отнял ваше время, господа. И да…

Он оглядел зал, брезгливо поморщившись.

– Простите за того препода. Он просто не вовремя попался под горячую руку…

Будто что-то заставило меня посмотреть на Ясперу. При виде застывшего в одной точке взгляда по коже прошелся мороз. Это была ее первая встреча с демоном за много лет? Я не могла вспомнить. Но могла догадаться, что вряд ли Яспера сейчас видит что-то кроме тех воспоминаний. Из невозможно вытравить, они всегда на поверхности, готовые по первому требованию отправить тебя в нокаут.

Как я помнила смерть, так Яспера помнила чужие окровавленные руки, вытаскивающие ещё бьющееся сердце. Она смотрела на демона, и в этот бесконечно длинный миг не существовало ничего, кроме их истории. Жуткой и отвратительной, но в чем-то все же красивой.

Рядом с ней меркли любые чувства. И ненависть ко мне, и любовь к Кросту.

А еще история просто обязана была закончиться так же красиво.

Бесшумно, с присущей лишь ей демонической грацией, Яспера за доли секунды очутилась у демона за спиной. Мы не успели ничего понять, я только вздрогнула, когда одним движением Яспера ударила его по ногам, заставив опуститься на колени.

– Яспера, не смей! – рявкнул Крост.

Она вцепилась ему в волосы, задрав голову – и полоснула ножом по горлу. Не сомневаясь ни секунды, одним движением оборвав жизнь короля демонов.

Но опоздал на доли секунды.

И свою собственную.

Впрочем, у нее хватило сил и времени выбросить нож. Пошатываясь, Яспера отвернулась. Словно каждый шаг давался ей с трудом, демоница добрела до лестницы.

Кейман очнулся первый, подскочил к ней, опустившись на колени, и что-то тихо сказал. Его губ коснулась грустная улыбка, в которой не было ничего, похожего на надежду. Яспера слабо кивнула. Он держал ее руки, и даже с того места, где стояли мы с Бастианом, было видно, как они дрожат. Как страшно ей было умирать и как вдруг остро стало не хватать жизни. Воздуха, неба, любимого мужчины рядом.

Ее сердце еще билось, но они оба знали, что это последние его удары.

– Ты самая упрямая девушка на свете, Яспера.

– Прости, - улыбается она.
– Ты бы не решился. Теперь у него нет союзников. Теперь вы победите.

– Тебе легче?

– Да. Немного страшно. Я надеялась, что не успею ничего понять.

– Не бойся.

– Ты останешься со мной?

– Конечно.

Она низко опускает голову, словно вслушиваясь в удары сердца. А он ненавидит себя за надежду. Кажется, что если ее сердце не остановилось немедленно, то, может, есть шанс? Может, древняя магия смилостивится и не станет ее отбирать?

Если бы был хоть какой-то способ подарить ей жизнь, свободную от Ванджерия, Крост отдал бы все, что только возможно. Жаль, у него никто и ничего не просил.

– Я так устала, – шепчет, сжимая его руки.

Слабо сжимая, словно сил уже не хватает даже на это.

– Все закончилось. Я буду по тебе скучать. И любить. Что бы ни случилось, так, как тебя, я не смогу любить никого. Веришь?

– Верю, - кивает Яспера.

– Закрой глаза.

Губами он касается ее, согревая, делясь дыханием.