— Эмма, ну что, разобралась?

— Кажется, да.

— Тогда идём ужинать, и мне надо уходить.

— Как? Но я думала…

— Надо остановить разбой в других городах. Я бы остался с тобою, но…

— Не оправдывайся, я понимаю и обещала тебе поддержку, — но было видно, что ей не хочется его отпускать.

— Ты мой Дар Небес, и я имею право всё бросить, но…

— Рок не справится, — произнесла вместо него Эмма. — Иногда бывает так, что кроме тебя, некому…

— Да, некому.

— Я буду скучать по тебе, очень сильно.

— Эмма… не думал, что будет так тяжело покидать тебя после наших признаний… моё сердце и мысли остаются с тобою.

— Я буду беречь твоё сердце и защищать, — получилось плаксиво, но собственные чувства переполняли и хотелось слушать признания и признаваться в ответ:

— Я без тебя другая… Мне хватало одного твоего взгляда, чтобы быть лучше, сильнее…

— Ну что ты говоришь! Ты… особенная, лучше и прекраснее всех на свете!

— Льстец! Но мне нравится, — сквозь набежавшие слёзы улыбнулась Эмма.

Наклонившись, Ратмир губами собрал каждую слезинку и, наверное, никуда не ушёл бы, если бы Эмма не прикрыла глаза от удовольствия и не прошептала:

— Я буду ждать тебя! Сегодня был насыщенный день, и не будем комкать ночь.

Расставаться было тяжело, но каждый упущенный судьёй час мог обернуться новыми жертвами. Ратмир ещё несколько дней назад не мог представить, что в пограничных городах будет проведена черта, разделяющая жизнь на «до» и «после».

Когда Эмма фантазировала о том, что придётся покинуть общие города, где не одно столетие оборотни дружно жили бок о бок с людьми, он больше любовался её оживлённым взглядом, старался попасться ей под руку, чтобы она постучала по нему или погладила, сама не замечая этого. А теперь он бежал в Приозерье и заново обдумывал все её предложения.

Осознавая, что Эмма брала пример из опыта развития своего общества, выдавая ему понятые ею самой вещи и при этом многое упуская, он всё же признавал, что она сумела задать направление для необходимых шагов, а дальше уже нужно соображать самим. Умные головы найдутся, стоит только начать действовать! И всё же, если в других городах будет спокойнее, чем в Пограничье, то Ратмиру не стоит торопиться, и имеет смысл посоветоваться с Роком и Нилом.

К утру Ратмир прибежал в Приозерье и, переговорив с местным градоначальником, не теряя времени, помчался дальше, в Медуницу. В отличие от лиса, Топаз, голубоглазый тигр-оборотень, сумел жёсткой лапой навести порядок среди своих и оказывал на человеческий чиновничий аппарат сильное давление, чтобы те согласились арестовать всех провокаторов. Ратмир видел, что тигр подгрёб под себя весь город, и это внушало надежду на благополучный исход.

А в Медунице творился хаос!

Судья опоздал на полдня и не успел предотвратить гибель местного альфы. Старый волк, как положено, сам карал виновных, но главарь образовавшейся разбойной шайки оказался сильнее его.

За какие-то пять часов после смерти градоначальника оборотней небольшая банда разрослась до нескольких сотен голов, и начался массовый разбой. Все склады, магазины, мастерские и богатые дома на человеческой половине превращались в руины. Растерянные люди прятались, защищаясь, как могли.

Идя по улицам города, Ратмир давил силой во всю мощь, и озверевшие оборотни со скулежом расползались по углам. Многих он казнил сразу же, сворачивая шею или вырывая кадык, но достаточно было тех, кто вынужден был подчиниться силе нового альфы и действовать по его приказу. Стоило им ощутить власть судьи и они, обессиленные, падали ниц, сломленные насилием нового вожака над их сутью.

Эмма была права, ища способы избежать конфликта, предрекая хаос. Как теперь в Медунице люди и оборотни будут жить вместе? Будь проклят тот, кто затеял игру в высшие расы!

По пути к Ратмиру смогли присоединиться только несколько боевых магов. Они прикрывали судью от стрел и ружей. Обезумевшие люди пытались убить своего единственного защитника, который мог бы всё прекратить.

Нового альфу судья застал возле богатого дома, откуда самопровозглашенные «высшие» оборотни тащили всё самое ценное, перешагивая через убитых слуг. Они с завистью смотрели друг на друга, сравнивая, кто раздобыл более ценную вещь.

Судью они почуяли издалека и, занервничав, бросились на поиски своего вожака. Ратмир ослабил своё влияние, чтобы основная банда не запаниковала раньше времени и не разбежалась. Он подходил медленно, изучая обстановку.

Разбитые окна, выломанные двери, выброшенные в окно не понадобившиеся вещи и среди всего этого — молодая девушка с разбитой головой. Один из магов упал возле неё на колени, пытаясь влить остатки своей силы в бездыханное тело.

— Лей, ты нам нужен, — зло крикнула ему сопровождающая Ратмира незнакомая боевичка, но парень выпал из действительности.

Новый «градоначальник» не стал убегать, но и вперёд не вышел. Он знал границы своих сил и с детства видел, на что способны судьи. Вся стая Бурана была хорошо знакома с этими отродьями! Перед Ратмиром сейчас стояли не городские оборотни, а одна из наиболее сложных и проблемных стай, где он, а до него и Нил, казнили вожаков.