Толпой на одного, а я не Джеки Чан.

В итоге я оказался лежать обессиленным на земле. Мне придавили горло ногой и полоснули ножом бок. Я попытался рыпнуться, но один из отморозков наклонившись к моему лицу, схватил меня за волосы и мерзким голосом выплюнул:

— Это тебе за Жданова, мразь.

Удар ногой по тому же кровоточащему боку заставил меня взвыть и на секунду выпасть из реальности. Боль была раздирающая, сбивающая разом дыхание. Когда я открыл глаза, то обнаружил, что меня уже никто не держит. Вместо этого возле меня шла ожесточённая борьба. Сначала я подумал, что словил глюк, и мне уже мерещатся мои друзья. Но нет. Несколько раз проморгавшись, я отчётливо рассмотрел Глеба, Игоря и Гену.

А эти как тут оказались?

Вот теперь шансы равны.

Глеб – боец от Бога. Не зря Богатырёвым родился. Он один как за троих. Березин в драках с детства участвует. Просто безбашенный. Ему только дай повод кулаками помахать.

А вот Леванов Генка у нас нежный цветочек, но за друзей порвёт любого.

Вот и сейчас он с красными от злости глазами прикладывает ухом одного из здоровяков к земле.

Надо будет запомнить, что в будущем лучше его не провоцировать, а то вон как пена изо рта течёт.

Немного погодя, когда я могу сделать полноценный вдох, кидаюсь на подмогу друзьям, нанося удар главарю сзади по лопаткам.

Когда всех подонков уложили мордой в землю, потрясённо смотрю на своих товарищей:

— Не знаю, что вы здесь забыли, но, бля, парни, спасибо!

— Тебе, Барсов, спасибо! – смеётся Глеб. – Давно так не раскачивались!

— Чего этим утыркам от тебя понадобилось? – поправляя на себе одежду, спрашивает Игорь.

— Месть за избитого бывшего мудака, который лез к моей девушке, – отвечаю я, смотря на свою окровавленную рубашку.

— Как улаживать будем? – встревает Гена, адвокат до мозга костей. – По закону?

— Нет, – сразу возражаю. – Без лишней волокиты и гласности. Отец не должен знать об этом, – дожидаюсь, когда Леванов согласно кивнёт, и даю знак Богатырёву. – Вызывай своих ребят. Пусть забирают этих тварей и пробивают по базе. Если за ними никто не стоит, то, как полагается, научите их уму-разуму.

Глеб понятливо достаёт свой мобильный и набирает телефон, по которому звонит только в крайних случаях. Пока он договаривается о том, чтобы ликвидировать этот «мусор», поворачиваюсь снова к Гене:

— Выясни, как у Жданова обстоят дела с бизнесом и найди слабые места. Я хочу уничтожить этого выродка.

— Будет сделано, – слышу ответ друга и, стиснув зубы, зажимаю порез, откуда уже обильно течёт кровь.

— Ты как? – хмурится Березин. – В больничку бы.

— Не надо. Тогда отец узнает. Дома подлатаюсь.

— Уверен? – с сомнением смотрит на пятно алого цвета, так сильно выделяющееся на белой рубашке.

— Да, – выдыхаю я. – Вы чего приехали-то?

— Пивка хотели выпить, да футбол глянуть, – отвечает Глеб, убирая телефон в карман. – Давно не сидели. Тебя в последнее время не поймать. Пропадаешь всё время где-то.

— Дела были, – отмахиваюсь я. – Спасибо, что приехали. Правда… сам бы не выкрутился.

— Не гони! – хлопает по плечу Березин, и я морщусь. – Мы видели, когда подъезжали, что ты тут как Ван Дамм всех раскидывал.

Знаю, что друг пытается подбодрить и нагло врёт, но всё равно благодарно улыбаюсь.

— Приехали! – восклицает Глеб, и мы все устремляем взгляды на подъехавшую тонированную ГАЗель, откуда выходят несколько крупных мужчин.

Бегло скользнув по отморозкам оценивающим взглядом, они молча погрузили их в автомобиль. Один мужчина, тормознув перед Глебом, пожал ему руку и прокуренным голосом спросил:

— Завтра заедешь?

Получив положительный ответ, мужик забрался в машину. Под звук резкого старта авто я поднял голову и посмотрел на окна своей квартиры.

Устало вздохнув, пошёл к подъезду и окликнул своих ребят:

— Идёмте, раз приехали. Пиво вы заслужили.

Под лёгкое ворчание и подколы мы поднялись на нужный этаж, и прежде чем открыть дверь, я предупреждающе воскликнул:

— Громко не удивляйтесь. Не нужно её пугать.

Под непонимающие взгляды вошёл в квартиру, отошёл в сторону и тут же услышал ошарашенное:

— Мила Андреевна?!

МИЛА.

Ничего себе поворот!

Я весь вечер не нахожу себе места. Жду его. Переживаю.

А он заявляется не один, а со своими дружбанами.

Судя по их вытянувшимся лицам, они меня тоже не ожидали увидеть.

Неужели Барсов не рассказал друзьям, что я живу у него? Не похвастался? И не нажаловался?

Почему скрыл тот факт, что я рядом с ним?