Шрифт:
Драконам полагалось знать простые действия и вычисления, а дальше - пусть считают специально обученные люди.
Спасибо, уважаемая Ангелина Степановна, моя школьная учительница алгебры! Когда-то я бесконечно и недружелюбно поминала вас за маразматическую уверенность, что достаточно любому ученику из класса прорешать пару десятков разнообразных задач ежедневно и – вуаля – в нас, несчастных, обязательно проявится светлый и бурный математический гений.
Выявлять, а точнее буквально раскапывать глубоко (очень, очень глубоко!) спрятанные таланты она была готова без отдыха и покоя, годами. И последние вопросы ухитрилась задать на викторине во время выпускного.
Что могу сказать… здоровья и сил таким учителям. Мы забыли многих других, разрешавших нам баловаться и лениться, а вот Ангелину Степановну добрым словом вспоминали на каждой встрече одноклассников.
Отца и мэтра Лестера мои успехи в вычислениях приятно поразили, а вот беседа о истории сначала ввела в недоумение, если не сказать больше.
– Папа, а уже понятно кто будет принимать экзамен? – спросила я.
– Профессор Нулерт, - поморщился он, - тот еще скандалист. Он составлял тест и любит задавать дополнительные вопросы.
– Он ленив?
Мэтры переглянулись.
– Странный интерес, уничижающий преподавателя! – угрожающе произнес призрак отца-основателя и подлетел, нависая недо мной.
– Небольшая поправка. Интерес от человека, который много наблюдал, все это время молчал и делал выводы, - парировала я, нисколько не смущаясь надвигающейся беды в виде увеличения тренировок. – Вы находитесь с другой стороны фронта и не видите мелочей и хитростей. Например, если профессор ленив… он не будет кардинально изменять вступительный тест для дополнительного набора, сделает пару правок и все. В этом случае я расспрошу уже поступивших первокурсников о том, что им запомнилось и успею тщательно разобраться именно в этих направлениях истории.
Мой отец закашлялся, а мэтр Лестер задумчиво зазвенел полупрозрачным мечом.
– А еще, - добавила я, - у каждого преподавателя есть любимые вопросы… Пусть я не успею изучить курс, но если подготовиться по актуальным, наиболее вероятным пунктам…
– Чтоб меня… - папа откинулся на спинку кресла.
– Генеральша, - довольно пробормотал призрак. – Не усохла моя чуйка, ядрить ее в сапог, определяю драгоценность с первого взгляда. Ай да я!
Его раздуло так, что не будь мэтр в другой физической форме, я бы забеспокоилась. Эх, знал бы он, что мой родитель из другого мира был настоящим генералом, и до него мне расти и расти…
Прикусив губу, я отшагнула назад, наблюдая за мгновенно стартовавшим лихорадочным мозговым штурмом. Оба вспоминали интересы и предпочтения даса Нулерта, оказывается, вполне не чурающегося некой ленности и обожающего расспрашивать студентов по некоторым срезам эпох, к которым был откровенно неравнодушен.
– Появления диких!
– Мифы о Братьях!
Наперебой восклицали они.
– Стоять! Кати, ты уходишь? Расспроси своих приятелей о тесте!
– скомандовал мэтр Лестер мне в след и опять нырнул в пучину составления списка обязательных тем на подготовку. На какое-то время они будут заняты, и не помешают мне двигаться дальше по составленному расписанию.
Я освежилась в домашнем душе, переоделась, мимоходом цапнула зазевавшегося Сиротку, предварительно сняв с его шеи веревочку с филактерией-кусочком гарды, чтобы за нами невзначай не увязался призрак. И – тихонько отправилась на свою следующую тренировку.
– Ясного дня! – приветствовал меня Вуки Нервиг, топчущийся у полосы препятствий. – Через час после завтрака, как и договаривались. Готова?
Да-да, я собираюсь использовать все доступные возможности для обретения нужной физической формы. Тем более, Сиротка над головой каким-то удивительным образом придавал сил, нужно было только перетерпеть боль, усталость, перейти через планку «не могу», отбросить преграду «не хочу» и вот оно – второе дыхание.
Мышцы человека растут только через боль. Они рвутся и в этих микро-трещинах нарастают новые, только так.
Через час от этой самой боли я скорчилась на земле. Сиротка носился в воздухе и орал «Линяем! Помираем! Не сдаемся!», а лорд Нервиг испуганной курицей топтался рядом, повторяя:
– Я ж не знал, что ты такая слаба… нежная! Ой, прости, Кати! Я так виноват…
– Нормально, - выдохнула я сквозь зубы, отпихивая брякнувшегося рядом и пытаюзщегося подлезть под руку питомца, - даже отлично. Мне тренировка понравилась. Сейчас приду в себя и сделаю последние расслабляющие упражнения…
– Очень расслабляющие и простые, – уверил меня земляной дракон.
– Никакого сравнения с твоей планкой! И сразу пойдешь отдыхать!
– Эм… - я выпрямилась, выдыхая. – Тут такое дело, Вуки. Не уделишь мне после занятия еще немного времени для кое-какого исследования? Небольшого. Почти приключения, связанного с едой и крыланом. Мне очень нужна помощь друга, тихо передвигающегося под землей, - я подумала и льстиво добавила. – А еще умного, надежного и умеющего хранить тайны... Хм... Эй, Сиротка! Куда?!