Потому план оставался тем же. И основной целью было попытаться разговорить девчонку о делах ее отца. Черт знает, может, даже выложить все, как есть. В конце концов, ничего дурного или противозаконного Неррс не затевает.

Глава девятая

Скр. Ск-к—кр!

Я вскочила с постели как файербол.

— Баси-и-ик… — простонала я, уловив взглядом источник этого мерзкого звука. Вот только в этот раз кот не камушки жевал, а точил свои когти. О пол. — Имей совесть!

— Он ее съел, — буркнула со своей постели Нира. — Расчехлишь Муи?

— А смысл? Все равно вставать, — безрадостно произнесла я.

— Сегодня суббота!

— Мне надо отнести все материалы в типографию и сходить к отцу. — Про судью Росс говорить не стала, хотя он тоже входил в список дел. — А тебе, между прочим…

— Я помню про патент, — вяло ответила Нира. — Но я не хочу шевелиться.

— Ты во сколько вернулась? — полюбопытствовала я.

Я заснула к этому моменту. Соседка по комнате пропадала в своей мастерской до поздней ночи.

— Я доделывала рисунки к выпуску. — Нира зевнула. — Решила сделать чуть больше. Выбери те, что тебе больше понравятся.

— Ого, — удивилась. — Ты не спала полночи, чтобы сделать еще карикатуры?

— Ну да.

— Спасибо. — Улыбнулась. Стало приятно от того, что для Ниры это оказалось важным.

Взяла положенную на мой стол стопку и принялась рассматривать.

— Нира… это… очень круто! — восхищенно выдохнула я.

Соседка по комнате нарисовала целую серию картинок. Студент первокурсник на первом занятии, студент первокурсник на первой сессии. Студент второкурсник… Каждого представила в интересном безобидном свете. Уверена, любой найдет тут себя.

— Выберешь. — Отмахнулась Нира.

— Можно я возьму все? — с восторгом спросила я.

— Да забирай. — Нира отвернулась к стене и укрылась одеялом с головой. Уже приглушенно сказала: — Засунь только, пожалуйста, эту ошибку зельевара в чемодан.

Я скептично посмотрела на Басика, тот не менее скептично — на меня. Всем своим видом кот пытался сказать, что второй раз на этот фокус не поведется, что он вообще самый милый и добрый котик на свете. Ну и что, что фиолетовый — в этом он вообще не виноват!

Собравшись с силами, я все же заставила себя сползти с постели и отправилась в ванную комнату. Общую… Интересно, за какие заслуги Честеру полагалась персональная ванная комната? Вдруг я не менее полезный для ВАКа ученик? Вон, целый вечер ректору помогала с документами разбираться, это ведь чего-то стоит?

А еще меня до одури бесило, что я не могла ВСПОМНИТЬ, кого мне напоминает сам Честер. Этот факт меня немало удивляла — со мной крайне редко случалось, что я что-то не могу вспомнить.

Ладно, разберемся.

Студенты, проживающие в общежитии, воспользовались спокойной свободной субботой и дрыхли. И ванная, и туалет — все было в моем полном распоряжении, что меня несказанно порадовало. Уже через час я бодро обходила лужи, направляясь к выходу из ВАКа.

Уже почти дошла до выхода, отметив, что куда-то пропал стражник, обычно караулящий у ворот. И тут ощутила… всплеск магии. Словно меня ударило незримой волной, проходящей сквозь каждой клетки моего тела.

На мгновение даже дыхание сбило, такой мощной была магия. Инстинкты сработали быстрее мозга, я ускорила шаг, на какой-то период даже позабыв, что высокие каблуки совершенно не способствуют быстрому бегу. Умудрилась не навернуться.

Пересекла ворота академии и, как ищейка, взяла след. Долго, к слову, брать след не пришлось, почти тут же взгляд упал на… безголового Р.К. Неррса. Статуя стояла на своем месте и внешне даже никак не изменилась за одним таким ма-а-а-аленьким фактом — головы. Ее не было.

Вообще.

Только ровненько опиленная шея.

Пока я пыталась сообразить, что именно произошло, сбоку полыхнуло.

Ага! Простенький кристалл телепортации, рассчитанный на быстрое перемещение по территории академии. Очень удобно, если ты — ректор.

— Браунс? — удивленно поинтересовался ректор и потом… перевел взгляд на то, что я увидела первой. Замер.

— Это не я! — тут же выпалила я, опасаясь, что на меня сейчас всех виверн спустят.

Вот только Неррс даже не пошевелился, совсем как его увековеченный предок. Только с головой. Ректор, предок таким похвастать не мог.

И еще бОльшим удивлением стало, когда Дарен Неррс отмер и грязно выругался. Настолько грязно, что у меня даже уши покраснели. Захотелось ехидненько так снять с него двадцать баллов за бранную речь в общественном месте, но что-то мне подсказало, что если я это сделаю — мне прилетит.