— Появились какие-то новости? — сходу поинтересовалась я.

— Кофе? — Морэн сидел в удобном кресле, обитом бархатом. Перед ним вытягивался небольшой столик с двумя кружками и кофейником, будто Неррс дознаватель заранее знал, что это утро он проведет в компании.

— Нет, спасибо.

Кофе с меня на сегодня достаточно, пожалуй. Повозка тронулась, мягко покачиваясь на жесткой брусчатке. Совсем не так, как может трясти в общественном транспорте, теперь я об этом знала.

— Новости есть, и увы, они не самые хорошие, — спокойно произнес мужчина, помешивая сахар в чашке. Даже не расплескался! — Меня отстранили от дела.

— В смысле? — Удивилась. Как можно отстранить от чего-то главного дознавателя королевства?! Мне всегда думалась, что власть человека, занимающего подобный пост, почти безгранична.

— Ну, если совсем точнее, меня временно отстранили от всех дел, но его величество настоятельно обратил мое внимание, что к твоему отцу мне вообще нельзя приближаться.

— Что произошло? — напряженно поинтересовалась я.

Мужчина поднял взгляд и чему-то усмехнулся.

— Тебе официальную версию или реальную?

— Реальную.

— Кто-то нашептал его величеству, что я приударил за его фавориткой. Разумеется, это не правда, и я сумел создать себе достойное алиби, вот только въезд в столицу у меня временно ограничен. Пока его величество не наиграется с новой игрушкой. Это что касается отстранения от дел. А по поводу твоего отца… Думаю, доносчик тот же. Он, вроде как, смог преподнести неопровержимые улики его вины, но что-то я в этом сильно сомневаюсь. С учетом всех фактов, я временно отлучен от короны.

— Вы… так откровенны. — Я нахмурилась. — И спокойны.

— Ты тоже, знаешь ли, спокойна, с учетом того, что твой отец в шаге от виселицы.

— Уверена, вы бы не стали устраивать со мной встречу, если бы это было так, — уверенно произнесла я.

— Верно. — Мужчина хмыкнул. — Ведь по официальной версии Морэн Неррс несколько устал. Головой устал, видимо. И потому проходит сейчас лечение на минеральных водах. А раз Морэн Неррс устал, то вполне мог временно потерять важные документы, без которых суд не может состояться.

— Вы затягиваете дело? — осторожно переспросила я. — Что вам за это грозит?

— Ничего. Ведь я сейчас на минеральных водах, куда даже вестники не доходят. Придется твоему отцу пользоваться благами налоговых выплат подданных короны и дальше, пока мне не удастся найти того, кто у нас такой словоохотливый в присутствии его величества. И найти на него компромат. Искать, я полагаю, стоит в числе тех, кто имел отношение к делам твоего отца.

— Уверена, ваше пребывание на минеральных водах будет очень плодотворным. Для здоровья, — не удержалась от шпильки.

— О да, тут такой воздух чистый. — Морэн глубоко вдохнул носом и сделал глоток горячего кофе. — Тебе удалось что-нибудь вспомнить?

— Определенно. Но не все…

— Понимаю. — Мужчина насмешливо закивал. — Были и другие отвлечения. Я не стану ничего требовать сейчас, но в связи со сложившейся ситуацией придется многое переиграть. Твои воспоминания мне нужны до твоей встречи с отцом.

— Понимаю, — передразнила его я.

И задумалась — готова ли я их предоставить? Готова ли доверить Морэну Неррсу все то, что смогла вспомнить? Готова ли рискнуть? Вдруг все мои зашифрованные записи лишь навредят отцу? Или же навредит то, что я не стала их передавать людям, действительно способным помочь.

Я извлекла из кармана артефакт связи и вбила формулу маминого артефакта. Морэн внимательно, даже напряженно за мной наблюдал.

— Да, Эрналия! — Мама отозвалась почти мгновенно, и краем глаза я заметила, как дернулся Морэн при звуке ее голоса. — Что-то случилось?

— Нет. Решила узнать, как дела, — произнесла я. До всех событий разговор с мамой у меня складывался совсем не так.

— Я еще в столице. Тут… небольшие проблемы. Решаем вопросы с законником. Как успехи в учебе?

Мысленно подметила, как спешно мама перевела тему.

— Все хорошо, — ответила я. — Как папа?

— Не знаю. — В голосе мамы проскользнуло раздражение. — К нему не пускают никого, кроме Мерзника. Он говорит, что все в порядке.

— Хорошо, — эхом повторила я.

— Мне надо спешить, Эрналия. Потом свяжемся!

Она разъединила связь артефактов. Я тяжело вздохнула. Думала, что простой разговор поможет мне принять решение, но от растерянности он не избавил.

— Я делаю записи. Всего того, что может пригодиться для дела.