Шумно затормозив у крыльца, он быстро вышел из машины и, хлопнув дверью джипа, взбежал по лестнице. Толкнув широкие двери, вошёл в дом и прямиком направился в кабинет отца.

— Мистер Итан, — только и успела воскликнуть в след молодая служанка. — Миссис Оливии нет…

Но он её не слушал. Прошёл по коридору до нужной комнаты и, войдя, сразу же уставился на книжный стеллаж.

В детстве… в своём раннем детстве он был счастлив. Мама тогда ещё была здорОва, смеялась… гуляла с ним в саду и играла. Они резвились, бегали по дому, визжали. Итан часто прятался в кабинете папы, думал, что это таинственное, запретное, полумрачное место, пропахнувшее терпким запахом сигарет и дерева, пропитано самым настоящим волшебством. Ему было интересно бродить под высоченными полками с множеством книг и статуэток, мимо странных картин и тянущих свои широкие лапы теней от листьев деревьев, стоящих по углам в пузатых кадках, а ещё огромных, казавшимися тогда жуткими, кожаных кресел. И он, конечно, непослушно, часто изучал всё вокруг, брал без спроса, рассматривал, перекладывал с места на место.

Это было давно, но он помнил, как однажды нечаянно уронил несколько книг и, из одной, выпало фото.

Итан большими шагами пересёк комнату и схватил первую, попавшуюся на глаза книгу. Пролистав страницы, поставил на место и принялся за другую… Затем за следующую, и ещё одну, пока уже не надоело расставлять их и он не начал ронять их на пол, под ноги, просто выпуская из рук… а они гулко падали и падали на плетёный ковролин, раскрывая свои страницы, мельтеша перед глазами, мешаясь… выбешивая и пугая.

Итан бросил очередную книгу и, вскричав в гневе, вцепился себе в волосы.

Он не мог ошибиться. Не спятил!

Шумно выдыхает, успокаивается. Оглядывается и видит письменный стол и закрытый на замОк верхний ящик.

Кодовая роликовая наборная панель.

Парень быстро приближается, но мешкает. Тянет руку и вытаскивает из органайзера нож для бумаги.

Когда вошла Грета, Итан, молча, сидел в кресле за столом.

— Дева Мария! — всплеснула руками женщина от увиденного бардака. — Что ты тут устроил, негодник?!

— Извини. — взглянул парень на нетронутый замОк и положил на место нож. — Я помогу прибраться.

— Ты же знаешь, Он не любит, когда без ведома, трогают его вещи.

Да, Итан это знал.

— И что только тебе здесь могло понадобиться? — полноватая Грета, принялась по очереди поднимать с пола книги. Внимательно рассматривая каждую, стала расставлять по местам… Том к тому, часть к части, точно как было.

— Мамми? — позвал её Итан.

Та гневно зыркнула на него, но спустя секунду, грустно, всё ещё непонимающе, вздохнула.

— Мамми, ты же давно с нами. Я не помню времени без тебя.

— Да. — кивнула служанка, — С самого начала. — и улыбнулась. — Я застала бедную Вивьен в свадебном платье и то, как она носила тебя под сердцем. Видела, как ты родился. Я видела многое, Итан.

— Ты видела, чтобы когда-нибудь отец приводил в дом кого-то? — спросил вдруг парень, и женщина застыла с очередной книгой в руках. — Ну же, не молчи. Тёмные волосы, светлые глаза. Грета, пожалуйста, я знаю, что ты о многом в курсе… ты здесь столько лет. Он изменял ей, я знаю…

— Хватит! — обернулась она, — Замолчи немедленно, замолчи! — и покачала головой. — Твой отец циничный, с трудным характером. Я не знаю, чем он занят за пределами стен этого дома, но я точно знаю одно — здесь, переступив этот порог, он порядочный человек, любящий отец и верный муж. Так было всегда! Он любил твою маму и уважал её. Он никогда не смел обижать её, и никогда не позволил бы себе запятнать это и разрушить.

Итан нахмурился. «Это точно о Ричарде?» А потом усмехнулся:

— А как же Оливия? — и это прозвучало слишком жёстко и резко.

— Оливия… — начала было Грета, но парень не захотел слушать, взмахнул рукой, веля замолчать… пожалел о том, что спросил. Испугался, возникшей из ниоткуда ярости к доброму, любящему имени.

— Прости. — сквозь зубы проговорил он, указав на беспорядок. — Мне нужно идти.

— Иди. — сухо бросила Грета. А когда он почти дошёл до двери, добавила. — Я не расскажу, что ты здесь устроил! Не переживай.

— Спасибо. — тихо поблагодарил Итан и, помедлив, глядя на вновь ставшую грустной Мамми, вышел.

***

В закусочной было малолюдно. Нура устроилась за дальним столиком в углу, у окна и пыталась поесть… омлет выглядел превосходно, но у девушки совершенно не было аппетита. Она то и дело поднимала со стола телефон и проверяла сообщения. От Итана не было ни слова, вот как уже почти целый день.

— Хэй! — неожиданно возникла напротив Мия. — Где Крис?

Замотанная в свой большой шарф, она плюхнулась на диван на другой стороне и принялась стягивать куртку и шапку. А Нура выдавила улыбку и начала говорить о соседке, которая поехала к родителям как, вдруг, раскрыв рот в изумлении, просто остолбенела.