— Ну, уж прости. Нашли, кому его доверить.

— Расслабься. Во-от… Смотри, как будто твой!

— Ага. — мямлит озадаченный Итан, а сам стоит вкопанный, боится пошевелиться. Но ему любопытно и он заглядывает между пушистых складок.

Нура тоже, и улыбается:

— Ох, здравствуй. И как тебя зовут?

— Эмм, это будет странно слышать. — предупреждает Итан.

— Эйден Ит Нилл. — гордо отвечает Джаред.

Нура удивлённо смотрит на своего парня, а тот качает головой:

— Он просто надеется, что своего сына я назову Джеем.

— Так и будет! — уверен тот.

— Да ни за что.

Клара смеётся, говорит Нуре, что с этими двумя так всегда. И они, все вместе, идут к церкви, а после крестин едут к Джареду с Кларой, чтобы немного отметить.

— Эйден. — шепчет Итан.

Такой красивый и очень похож на Клару. У него тоже голубые глаза и светлые волосы. Смотрит, так уже совсем разумно, и крепко держится за палец.

В их квартире очень уютно. Клара колдует на кухне, её муж ей помогает, накрывая на стол. Итан стоит посреди небольшой гостиной с ребёнком на руках, а Нура сидит на мягком диване, застеленным вельветовым пледом и представляет, как уже совсем скоро здесь везде будут разбросаны разноцветные игрушки.

— Бли-ин, — теряется парень, когда малыш вдруг начинает хныкать. — Никак не спит. Упёртый, как папаша.

— Покачай его. — улыбается девушка.

— Давай ты? — просит Итан жалобно и, с облегчением опускает плечи, когда передаёт крестника ей в руки. — Похоже, я ещё не готов к детям… даже к крёстным. Меня вообще не спрашивали, когда рожали его. Как думаешь, ещё не поздно это опротестовать?

Нура смеётся и любуется младенцем.

Такой ещё совсем крошечный… в синеньком костюмчике с кроликом и в большом памперсе.

— Я уже забыл, какие они. — говорит Итан, вспоминая младшую сестрёнку. — По-моему, Люси была тяжелее.

— Он скоро поправится. Так бывает, когда они появляются на свет раньше срока.

— Откуда ты знаешь? — смотрит парень в её светлые глаза. — Откуда вообще ты это умеешь?

Удивлён её ловкости, как держит малыша и качает, и тот уже почти спит и больше не плачет.

— Дома, в Остине, у меня есть подруга, Сара. — тихонечко рассказывает Нура. — Когда нам было по пятнадцать, её родители сошли с ума и произвели на свет парочку несносных близнецов. Эти проказники не слазили с наших рук… один у неё, второй у меня. Такое не забыть.

— Как вы познакомились? — интересуется Нура между делом, позже, за ужином.

Ребёнок спит в дальней комнате, а перед ними на столе стоит вкуснейшее жаркое, салаты и напитки.

— В колонии, — опережает друга Джей. — То ещё было времечко!

Он смеётся, а Нура ошеломлённо смотрит на Итана, который тоже немного в ступоре.

— Щеночек, ты — придурок. — ласково обзывает Клара своего болтливого мужа.

— Прости, — виновато мямлит тот другу. — Думал, ты ей рассказывал.

Итан, молча, отрицательно качает головой.

— В колонии? — переспрашивает у него девушка. — Тюрьма. Ого.

— То есть, это скорее был исправительный лагерь! — спешит поправить ситуацию Джаред. — Ну, знаешь, мы собирали мусор и катали стариканов в каталках.

— Не правда. — не верит Нура.

— Чёрт, да… это не правда.

— Мне было семнадцать. — поднял взгляд Итан. — Помнишь, я говорил про хреновые вещи? Это одно из.

Девушка задумчиво закусывает нижнюю губу, а через секунду вновь глядит на Джея.

— Ну, хорошо. — кивает она. — В колонии, так в колонии. И что было дальше, ты тоже был там?

— О, — встрепенулся тот. — Ну да, пришлось погостить. Говорил я брату, правила нужно соблюдать, но он был убеждён в обратном.

Румяный от выпитого вина Джаред, ткнул пальцем в друга.

— Когда этот беспечный прожигатель жизни попал к нам, я уже пробыл там достаточное время, чтобы понять самое главное — выделываться не нужно! Но этого долговязого сопляка было не унять. Как называется, когда тебя одолевают злость и страх одновременно?

— Лучше не произноси это. — смеётся Итан.

— Да, лучше не стоит. Но тебя подселили в мою камеру, и мне точно стоило придумать этому название.

И он поведал, как Итан упрямо не хотел следовать «правилам» авторитетов. Постоянно переговаривался, заступался за других… бесстрашный. И по итогу его просто избили. Отделали так, что переломали рёбра.

— Даже на гайки пришлось закручивать.

— Боже мой! — в ужасе выдохнула Нура.

— Сила губительной гравитации. — говорит Итан и делает глазами, — Не играть мне в Тиграх. — а потом стискивает зубы и угрожающе шипит Джею. — Перестань пугать мою девушку.