– Ты уверен, что найдут? – засомневался Егорыч.

– Да, - твердо ответил подполковник, - они землю будут рыть, но найдут. Сейчас начнут копаться в бумагах, шерстить бухгалтерию, проверять состояние материальных фондов, собирать компромат на каждого. Поставят на уши всех, от сержанта до полковника. Тем более, из письма можно сделать вывод, писал кто-то знающий все расклады, а значит работающий в части. А Надька там три года кашеварила в столовой. Только пару месяцев назад уволилась. Анонимку она писала от руки. Образец её подчерка в отделе кадров есть. Думаешь, они не сообразят? Это только дело времени. И вообще при таком шухере, надеешься, что наши прошлые гешефты тоже останутся незамеченными?

– Мля, - ругнулся прапорщик, - похоже нам кабздец в любом случае пришел.

– Вот и я о том же, - буркнул Петренко.

– Теперь ты сука понимаешь, что наделала? – заорал он на притихшую женщину.

– Коля прости. Не подумала я, - Надежда упала на колени, и обхватила руками Петренко, прижавшись к большому животу сожителя.

– Не подумала?! Да ты нас под монастырь подвела своим идиотизмом, - проворчал подполковник, остывая – ладно, что сделано, то сделано.

– Ну и что, дальше? – спросил Егорыч.

– А ничего. Подождем немного. Есть мизерный шанс, что все ограничится этой проверкой, - вздохнул Петренко, - просто будем в постоянной готовности. Если что, в темпе рвем когти. Деньги есть, авось не пропадем.

– Здравия желаем Андрей Иванович, - полный мужчина в зеленой куртке с погонами прапорщика, отработанным движением отдал честь подтянутому старшему лейтенанту.

– Прекрати, Егорович, - отмахнулся офицер, - не нужно официоза. Тем более, тут такое происходит. И вообще, чего ты сюда приехал? Тебя же вроде в отпуск неделю назад отправили?

– Матвеев просто попросил подъехать, – объяснил толстяк, - У него вопросы какие-то по складским бумагам возникли. Так все-таки что произошло?

Старлей воровато стрельнул глазами по сторонам. Его взгляд скользнул по стенду с положениями устава, окрашенным бледно-зеленой краской стенам, плакату «На страже мира» с бдительным солдатом на фоне радара ПВО. Коридор штаба полка был безлюден.

– Пошли подымим, Егорович, - тихо предложил офицер, - там и поговорим.

Он развернулся и бодрым шагом направился к выходу. Прапорщик потопал за ним.

Выйдя из здания, они стали пристроились у одного из деревьев, возле спортивной площадки, не обращая внимания на новобранца в отдалении, подметающего веником плац под присмотром бдительного ефрейтора.

Прапорщик протянул старшему лейтенанту «Космос». Офицер двумя пальцами вытащил сигарету, прикурил от услужливо подставленного огонька зажигалки, затянулся, прикрыв глаза, и явно наслаждаясь процессом. Его товарищ помял в пальцах сигарету, случайно сломал её и нервным движением отшвырнул в сторону, вызвав удивленный взгляд лейтенанта.

– С бабой своей поссорился, совсем мозги выела стерва, - объяснил Егорович офицеру.

– Ну так что там произошло? – толстяку не терпелось узнать подробности.

Старлей, не торопясь, сложив губы трубочкой, выпустил струю дыма, и развернулся к прапорщику.

– Особисты лютуют, - губы офицера презрительно скривились, - жизни никому не дают. Такого шороху навели. Работать нормально не дают. Совсем задолбали.

Офицер досадливо махнул рукой, и снова затянулся. Сигарета красным огоньком тлела в его губах.

– Интересно, - задумчиво протянул Егорович, - А чего они так взбудоражились?

– Анонимка на Шелестова и Чернова пришла, - выпустив очередной клуб сизого дыма, лейтенант понизил голос и пригнулся к Егоровичу, - какая-то гнида написала, что они антисоветские элементы. Мол, чуть ли не в открытую похабные анекдоты про Леонида Ильича рассказывают. Советскую власть и коммунистов матом кроют.

– Бред какой-то, - прапорщик озадаченно поскреб пятерней затылок, - быть такого не может.

– Как видишь, может, - горько усмехнулся старлей, - мы уже три дня на ушах стоим. Наш чекист даже машинисток четыре часа у себя мариновал. А замками и начфином приехавший майор занимался. Он кабинет у парторга отобрал, чтобы допросы вести. Так они там полдня просидели.

– А Чернова и Шелестова особисты вчера целый день мурыжили, - продолжил офицер, -так Владимир Алексеевич сегодня звонил начальнику штаба. Предупреждал, что будет только после обеда. Я подозреваю, что хочет немного отойти после вчерашнего.