– Вас… послал мой муж? – раздался дрожащий женский голос, Митя поглядел вниз и обнаружил рядом со своим автоматоном бледную госпожу Штольц.

– Анна! Ничего не бойтесь! Я всегда готов… побеседовать со Свенельдом Карловичем! –младший Шабельский снова горделиво выпятил грудь. На петуха похож, в имении бабушки-княгини был такой – тоже, кстати, Поручиком звали.

– Много чести! – отталкивая склонившуюся над ним Аду, простонал Ингвар. – Я и сам могу… побеседовать… - он попытался подняться, пошатнулся, Ада поддержала его…

По крайности, персонажи этой истории были ему понятны: Анна благодарна мужу за вытащенное из долговой ямы имение, но… Она дворянка, он – хоть и с образованием, но из простых, да и скучно ей с вечно занятым немцем. Прокатиться с соседом-уланом на новомодном автоматоне – что тут такого? Особенно если муж не узнает. А улан-то не против, чтоб муж узнал, и вновь ставшее доходным имение играет тут главную роль. Разведенных дам только ко двору не пускают, а туда ни Петру, ни Анне всяко не попасть. Мало ли в петербургском свете похожих историй? Правда, в интерьерах Зимнего дворца, в огнях бриллиантов и блеске эполет, в ореоле титулов и званий подобные истории выглядели как-то… благороднее. Романтичнее. Все же одно дело – скандал меж графами, баронами да тайными советниками, а другое – ничтожные расчеты провинциального поручика на соседку-помещицу с мужем-управляющим. Младший князь Волконский никогда бы не позволил себе быть замешанным в столь… неэлегантном скандале.

Неэлегантный скандал между тем набирал все более… плебейские обороты.

– Петр, не трогайте мальчика! – это Анна.

– Я не нуждаюсь в защите со стороны всяких… - срывающимся юношеским козлетоном – это уже Ингвар.

– Анна, этот «мальчик» вас оскорбляет! – басок младшего Шабельского – вот уж кто вполне доволен! – Я не собираюсь его бить… только проучу немного! –явно красуясь, он встряхнул хлыстом. Теперь понятно, зачем ему хлыст на автоматоне.

– Не смей! – Ада обеими руками толкнула старшего брата в грудь. – Я все расскажу рар'a!

Поручик скривился в ехидной усмешке – наверняка сейчас выскажется насчет прячущегося за юбками мальчишки, Ингвар взбеленится… Митя горестно вздохнул: не желаешь скандала – погаси его сам.

– Госссподин поручик! – тон он скопировал у отца: тот эдаким тоном не то, что вооруженных убийц – пьяных гвардейских офицеров останавливал!

И получилось! Хоть на миг, но получилось – младший Шабельский споткнулся, едва не выронив хлыст, начал недоуменно поворачиваться…

– Это неспортивно. – а теперь с презрением, копируя незабвенные интонации Волконского тогда, в Яхт-клубе.

– Что… неспортивно? – поручик растерянно уставился на Митю.

– Я понимаю ваше разочарование, вы не ожидали, что паро-телега догонит… обгонит ваш автоматон. Но право же, проигрыш в гонке следует принимать достойно! – Митя брезгливо оттопырил губу.

– В какой еще… - начал поручик…

– Да! – вопль Анны спугнул шальную ворону – черная птица понеслась над полями, гулко хлопая крыльями. – Конечно же, гонка! Петр… и Ингвар… Они хотели… узнать, что быстрее! А я… мне…

– Со всем уважением, Анна Владимировна, но так не делается! – Митя строго поджал губы, пряча за гримасой облегчение. Если сейчас ему удастся отвертеться от участия в скандале, дальше пусть творят, что хотят: сбегают, дуэлируют – лишь бы без его участия. – Для гонок существуют правила! Хотя бы дистанцию обговорили… да и я со своим паро-конем тоже бы поучаствовал. А то, когда слуги сказали барышням, что вы вот так сорвались… - он многозначительно посмотрел на бледную Анну.

– Слуги уж знают, что мы… уехали… на гонки, да?
– умирающим голосом откликнулась та.

– Слуги всегда все знают! – отрезал Митя.

– Мы всего лишь прогулялись… то есть, погонялись… то есть… - наконец ее осенило и глаза Анны засверкали. – Гонки – это замечательно! Здесь так скучно, а гонки… - она неопределенно повела руками, давая понять, что с гонками все же веселее. – Но как вы, Митя, будете участвовать, если совсем не знаете здешних мест? Мы обязательно должны показать вам дорогу в деревню! И саму деревню!

– Я не собираюсь никуда… - вместе начали Ингвар и Петр – и также вместе умолкли, обменявшись мрачными вызывающими взглядами.

– Вас, Петр, никто не держит: хотите – оставайтесь! – небрежно обронила Анна. – Я поеду… вот, с Зинаидой. – молодая помещица ловко, как белка, вскарабкалась на паро-кота – только пышный подол мелькнул! – Не можете же вы, дети, кататься по окрестностям совсем без взрослых. А вы садитесь к Ингвару, Ада! Присмотрите, чтоб он больше не лез ни в какие драки. Слышите, Ингвар! Иначе я вынуждена буду все рассказать Свенельду Карловичу!

Ингвар застыл рядом с фырчащей паро-телегой, не способный понять: как из бойца за семейную честь он вдруг превратился в драчливого мальчишку? Зато Ада покраснела… побледнела… и чуть не бегом кинулась к паро-телеге.

Ингвар растерянно поглядел на девочку…

– Подайте же руку барышне Шабельской, Ингвар! – почти простонала Анна. – Где ваши манеры?

Руку закрасневшейся Аде он подал. Поглядел на усевшуюся на облучке девушку – Ада нервно стиснула пальцы и потупилась – и перевел полный неприязни взгляд… на Митю.