«Так что доказательства они получат».

В воздухе было слишком много магии, чтобы полностью раскрыться, и я потянулась к ней лишь слегка. Нити магии — зеленые, яркие и переливающиеся силой — были здесь настолько обильны, что мне хватило всего секунды.

Я протянула руку, краем глаза заметив охранников, и поднял чашу Камаэля в воздух, направив на нее палец.

Вокруг нас завздыхали, а когда я направила чашу к Малахи, он выхватил ее из воздуха и сделал большой глоток содержимого.

— Вино должно было достаться Клэр, — пробормотал Гэвин, и я оценила его поддержку и сочувствие.

— Доказательство, — сказал Малахи, хитро улыбнувшись мне.

Камаэль, впечатленный произошедшим, открывал и закрывал рот в попытке что-то сказать, реакции остальных Постулатов были схожи. Но в их глазах появилось и что-то новое. Что-то, что заменило самодовольную терпимость снисходительностью к Малахи и его выходке.

— Трюки для вечеринки не делают людей чем-то иным, — сказал Камаэль.

Малахи поднял руку, чтобы остановить меня, прежде чем я выскочила вперед, чтобы высказать Камаэлю все, что именно думаю о «трюках для вечеринки», которыми их магия наградила Восприимчивых.

— Магия требует баланса, — сказал Малахи. — Если они будут неосторожны, магия поглотит их, и они станут монстрами. Жалкая деградация. И вы тому причина.

— И это еще не все, — добавил он, прежде чем они вмешались. — Война снова пришла на Землю. Завеса была открыта, и Суд снова прошел сквозь нее, началось их правление террора против людей. Они во главе с Благими.

Уриэль выглядел удивленным.

— Здесь все было мирно.

Похоже, он не осознавал иронию этого утверждения — в Элизиуме было тихо, потому что забредшие в наш мир пытались убить нас.

— В первой войне была захвачена Аэрит, — сказал Малахи, игнорируя комментарий. — Благие прошли сквозь Завесу и освободили ее из тюрьмы, где ее держали. И теперь, как и в первую войну, они начали кампанию по уничтожению городов Землян. Они уничтожают дома, сжигают земли, убивают людей. Для какой цели, как я подозреваю, вы уже знаете, покорить земли Землян и оставить их для себя. И тем временем они планируют сделать землю непригодной для жизни людей.

— Значит, они могут вырастить мир по своему собственному образу? — спросил Камаэль.

Малахи кивнул.

— Люди узнали о Ловушке Дьявола, допрашивая пойманного члена Суда.

— Суд не знал об оружии, — сказал Уриэль, наклонившись вперед и положив руку на колено.

— Неверно, — категорически ответил Малахи. — Они знали об оружии, понимали, в чем заключался план. Эскиз был подготовлен для людей членом Суда. И этот набросок был точным. В конечном итоге, чтобы спасти свою землю, люди хотят построить Ловушку Дьявола, — сказал Малахи. — У них есть Камень Инклюзии.

Камаэль выгнул брови.

— Камень Инклюзии был украден у нас. Где он находится?

— В безопасном месте, — ответил Малахи, и его взгляд стал хитрым. — Хотите покинуть город, чтобы его вернуть?

Камаэль не выглядел воодушевлённым на этот счет.

— Ты отказываешься вернуть нам камень, а еще просишь забрать Абетил. Тогда вы должны понимать, что этому не бывать. Это часть нашей истории, нашей общей истории, и они слишком дороги, чтобы покидать это место.

— Я этого не понимаю, — ответил Малахи. — Это, в лучшем случае, реликвия. — Он посмотрел на каждого из Постулатов, смело встретив их взгляды. — Я подозреваю, что здесь нет никого, кто нуждался бы в напоминании о силе Абетила. Те, кто сомневался в вашем плане, вашем авторитете, уже покинули этот мир, не так ли? Они находятся на территории Землян, уничтожая все, что захотят.

— Разве у людей нет оружия, которое можно использовать против Суда? — спросил Уриэль, нахмурив бровь, будто в замешательстве. Как будто он очень хорошо понимал опасности магии.

— Суд силен, — все, что ответил Малахи.

Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что он не хочет признаваться в наших слабостях совету Консульства, и что доверяет им не больше, чем мы.

— У нас нет власти на территории Землян, — сказала Иа. — Как мы можем повлиять на их поведение там?

Она выглядела так, как будто по большей части верила в то, что говорит. Но было в ее взгляде нечто хитрое, что мне не понравилось. Нечто, говорившее, что они знают о наших неприятностях, и либо им все равно, либо они испытывают облегчение от того, что их проблемы мигрировали куда-то еще. Возможно, и то, и другое.

— Территории Землян нас не касаются, — произнесла Иа, — ровно так же, как наши заботы, не должны беспокоить Землян. Мы решили не сражаться, чтобы не иметь конфликта. Мы здесь достигли более высокой формы существования.

— Достигли ли? — спросил Лиам, не удосужившись скрыть свое отвращение.

— Достигли, — ответил Камаэль. — Мы едины. У нас нет преступлений, нет бедности, нет болезней. Наша магия излечила их. Что касается решений, которые влияют на сообщество, мы достигаем соглашения по выбранному курсу действий, прежде чем действовать, и мы разделяем выгоды в соответствии с рангом.