— А ты умнее, чем я думал. — Словно в подтверждение моих подозрений, хмыкнул Диктатор. — Хорошо конспирируешься.

Я коротко улыбнулась, не испытав никакого удовольствия от этой своеобразной похвалы. Даже, наоборот, ощутила досаду.

Была бы маскировка реально качественной — никто бы меня не вычислил…

— Что замолчала? Неужто вопросы кончились?

Я устало кивнула.

Ситуация, в которую я угодила, превратилась из практически безнадёжной в абсолютно провальную. И продолжать разговор перехотелось.

Самое важное — как добиться встречи с Лаулем, было ясно и так. Нужно лишь достойно работать… Правда, и то, что никаких гарантий император не даст, тоже было понятно. Пообещает — непременно. Но наверняка на определённых условиях, которые останутся за кадром и зависеть будут совсем не от меня. Скорее всего — от Инквизитора… А тот сдаваться не привык.

— Ладно. — Спустя минуту тишины сказал Диктатор. — Тогда спрошу я. Куда ты дела ту невольницу, контроллеры которой отдала своему роботу?

Ошарашенно посмотрев на собеседника, я почувствовала, как краснею.

В бешеном круговороте последних часов несчастная девушка напрочь вылетела у меня из головы… А спасти её самостоятельно больше не представлялось возможным. Получается, своим молчанием я едва не обрекла Ниа на медленную и мучительную смерть!

— Она заперта на корабле. — Виновато опустив взгляд в пол, призналась я. — Мы не причинили ей вреда, только связали.

— Не сомневался в этом. Ты не из тех, кто готов идти по трупам. Думаю, и не убивала ещё никогда. Я прав?

Он попал в яблочко. На моих руках не было чужой крови.

И всё же отвечать я не стала. Он и без того знал меня лучше, чем я сама.

— Что будет с Ниа? — Полюбопытствовала вместо этого.

— С Ниа?.. — Рассеянно повторил Диктатор. — Ничего. Пускай пока там останется. Это послужит ей отличным уроком.

— Но она ни в чём не виновата! — Едва не задохнувшись от возмущения, воскликнула я.

— Верю. Уж свою младшую дочь я хорошо знаю. — Спокойно отозвался собеседник. — Потому и не собираюсь серьёзно её наказывать. Пару дней поголодает и вернётся к своим обязанностям. Небольшая диета ещё никому не приносила вреда.

Кровное родство Ниа и императора оказалось для меня неожиданностью. Я вспомнила его отношение к собственным детям и мужественно поборола желание загладить вину перед бедной рабыней. Даже совесть прекратила свои попытки до меня достучаться, прекрасно осознавая, что эффект от моих стараний вполне может трансформироваться в обратный…

Мы просто боялись сделать хуже.

— Ну, пожалуй, на сегодня хватит. — Свернул разговор Диктатор. — Эту ночь можешь отдохнуть, а завтра утром тебе принесут комм. Надеюсь, ты примешь верное решение и приступишь к изучению последних достижений Патриора в нужной мне области. Обещаю, это окажется весьма познавательно и любопытно.

Я вымученно улыбнулась.

На тот момент мне гораздо интереснее было найти новые способы покинуть планету. Иные, никем ранее не испробованные, более перспективные пути… И я очень рассчитывала за время работы получить ценную информацию, которая в дальнейшем пригодится для исполнения моих коварных планов…

— Кстати, бежать больше не советую. — Неведомо как прочитав мои мысли, невозмутимо уточнил собеседник. — Я установил за тобой особый контроль. Все попытки отклониться от заданного курса будут мгновенно пресекаться. А будешь настойчива — узнаешь, какие разнообразные виды наказаний практикуются в Империи. Обещаю, о своём решении ты пожалеешь очень быстро. Потому что твоим воспитанием я займусь лично.

От таких перспектив меня бросило в дрожь, а желание сопротивляться отсохло на корню.

— Если же возникнут какие-либо вопросы по делу — обращайся. — Выразительно кивнув на потолок, напоследок мирно добавил император.

И ушёл, оставив меня в полнейшем смятении.

Я так и не смогла разобраться, к чему был весь этот спектакль с откровенностью.

Вряд ли он хотел сыграть на контрастах, чтобы усилить эффект от запугивания. Я и без того боялась его, как огня. Пытаться ввести меня в заблуждение относительно его истинного лица тоже было глупо. Диктатор не настолько наивен, чтобы считать это возможным.

И всё-таки зачем-то этот фарс был ему нужен. Не мог же он ни с того ни с сего решить вдруг на самом деле предоставить мне особые условия существования?.. Даже его дети никогда не удостаивались подобной милости! За что же мне такая честь?.. Неужели я действительно оказалась невероятно значимым трофеем?..

Если так — то всем моим мечтам настал конец. Как и мне.

Быть вдвойне полезной заложницей — незавидная участь.