Я же тщетно попыталась увернуться, на что мой мучитель отреагировал вполне спокойно. Просто разжал мне рот, надавив пребольно на бока челюсти, и сунул полностью в него свои пальцы. Отвращение и рвотные позывы вызвали слёзы. Слюна потекла рекой.

— Он намного приятней, чем моя ладонь, — рыкнул сурово и достал руку, влепив звонкую пощёчину.

Упасть не дал и снова повернул к себе. Тряхнул, веля собрать сознание.

— Я хочу туда, — жестоко и вкрадчиво.

Зажмурилась и разомкнула челюсть. Его член наполнил рот, упираясь головкой в гланды и едва не доводя до рвоты. Для меня это было часами мучений, хотя всё длилось лишь пару минут. Глаза слезились, слюна стекала до колен.

— На меня смотри! — дёрнул за волосы вниз.

Выполнила, едва не сжав зубы.

— Да… Так хорошо!

Чувствовала, как содрагается его тело от ощущений, а мне лишь оставалось упереться руками в бёдра мерзавца, чтобы хоть как-то минимизировать глубину ввода.

Резко отпустил, отбросив на пол. Тяжело дыша пыталась прийти в себя, брезгливо сплёвывая и вытирая губы.

— Какая же ты мразь! — шипела, пытаясь нормализовать дыхание.

Он был явно доволен, но мука не окончена. Поставил на четвереньки и завёл мне руки за спину. Голову впечатал ногой в пол. Слёзы потекли по щекам, уже не таясь, когда мужчина резко и с силой вошёл, в очередной раз подчиняя и уничтожая под собой мою сущность. Выкручивал груди оставляя синяки, кусал до крови кожу на спине. Мой мучитель просто неистово вбивал себя в моё тело, оставляя кровавые подтёки. Наконец кончил и отшвырнул к стене.

Звон в голове туманил мысли, но я знала, всё это только первая часть моих страданий.

Мужчина пришёл в себя, надел брюки и рубашку. Наблюдала за ним, вжавшись телом в угол стены. В его руке сверкнуло лезвие перочиного ножа. Сглотнула от страха. Неужели он наконец убьёт меня? Смотрела, как завороженная на стальное перо. Мучитель покрутил им перед моим носом, а после холодная сталь плашмя заскользила по шее к грудям.

— Вырезать бы тебе, сука, сердце и заставить сожрать его. Жаль только, что одно другому мешает, — прогнусавил он.

Острие слегка воткнулось в грудину. Охнув, замерла, ожидая, когда лезвие погрузится в меня. Он наблюдал за моим выражением лица и не нажимал.

— Знаю, желаешь, чтобы убил, — усмехнулся. — А ведь умирать тебе не хочется. Ведь нет ничего проще, малышка. Подайся телом вперёд, и нож войдёт в сердце.

Он играл с добычей, ждал моих действий. Улыбка похожая на оскал уродовала его ещё больше. Запустил руку в мои волосы и потянул на себя. Вскрикнула, когда лезвие ножа дважды полоснуло по груди. Опустила перепуганный взгляд вниз, на моём теле зиял небольшой кровавый крест. Мучитель ткнул пальцем в место пересечения линий и процедил:

— Сюда попадёт моя пуля, когда придёт твой срок.

— Убийца, — прорычала я.

В этот миг глаза дьявола блеснули, и он долбанул мою голову о стену.

— Нет, сука проклятая, убийца — это ты!

Ещё несколько раз ударил затылком, пока не поплыло в глазах. Его колено воткнулось мне в глотку, лишая звука и воздуха, когда мужчина принялся наносить поверхностные порезы по внутренней части моей руки от запястья к локтю. Закончив, убрал нож и отшвырнул на пол. Рухнула, пытаясь вдохнуть снова. В глазах вальсировал пол со стенами.

— Ты, дрянь, не должна это путать, — прорычал с неистовой злобой и поднялся.

Я не видела, как он подбросил к моим ногам осколок стекла, который, видимо, приготовил заранее. Затем пнул меня по ступням и ушёл, что-то негромко напевая.

Слёзы мучительной боли, унижения и безысходности вырвались наконец неудержимым потоком. Свернулась в клубок, размазывая кровь по полу.

Смерть, где же ты?

КАСТЕР

Я успел за десять минут до начала обхода. Скрестил пальцы, моля, чтобы доктор Робертс не отчитала за столь поздний приход, так как вводный инструктаж я пропустил.

В ординаторской её не оказалось. Вышел в коридор и присел на подоконник. Наконец сработал рабочий пейджер. Эмма вызывала меня в хирургию. Поспешил туда.

— Майерс, вы только пришли? — она была явно расстроена, но, вряд ли, из-за меня.

— Простите, доктор, виноват. Больше не повторится, — вполне искренне поклялся я.

— Охотно верю, — буркнула ординатор и всучила мне папки с историями больных.

— Что-то случилось? — распознал в её лице беспокойство.

— Здесь часто что-то случается, доктор Майерс, — отмахнулась.

Из хирургического медкабинета вышла Кейт.

— Доброе утро, — кивнула мне и устало посмотрела на доктора. — Я ввела ей нитразепам и обработала раны. Седативное подействует через десять-пятнадцать минут.

— Мне нужно её осмотреть, пока она не спит.

Робертс решительно вошла в лабораторию. Я прошествовал следом. Велико было моё удивление, когда увидел в кресле её. Джилл немигающим взором смотрела в окно. На руке кипенно-белая повязка.

Робертс проверила показатели пациентки, задала пару вопросов, заранее понимая, что девушка не даст ответов. Наконец, потеряв окончательно надежду, доктор велела мне отвести Джилл в палату, а сама помчалась обратно в ординаторскую.