— У меня нет писем, — последовала Ольга её примеру, отпивая из лафитника. — К тому же муж сразу поверил в мою измену и даже не выслушал меня. Хотя я попробовала найти виновника всех моих бед, но ничего не вышло.

— У вас есть дети? — замерла Эшли в ожидании ответа, а Ольга не спешила отвечать.

— Я дважды теряла… — «Трижды», — поправила себя мысленно, — на ранних сроках. Здесь тоже всё непросто. Есть подозрение, что меня опаивали настоем коры лавра, чтобы…

— Я знаю, для чего он нужен. Кто-то хотел вам навредить?

— Не исключено, — кивнула Ольга.

— Можно же всё объяснить вашему мужу, — не сдавалась Эшли. — Прошло время, он одумался. Вам обязательно нужно встретиться и поговорить. Нельзя от него скрываться всё время. Он-то вас наверняка любит.

— Если бы любил — не поверил бы клевете и для начала выслушал меня, — закачала она головой.

— А тот человек, чьи деньги…

— Он — исчадие ада. Он отправился к моему мужу и сказал, что мы любовники, и он готов доказать это. Он вынудил подписать меня признание в измене. Это его такая изощрённая месть… моей семье. Баронет много лет терпел унижение от… моего отца.

— Баронет? А вы?.. — Эшли выпрямилась на стуле. Внимательный напряжённый взгляд изучал лицо Ольги.

— Мой муж виконт.

Эшли вскинула брови и прошептала:

— Вы — леди. Да, конечно… Как я сразу не поняла… Вы такая красивая, утончённая. И милосердная. И…

— Я хочу уехать из Лондона, — нахмурилась Ольга. Не хватало ей только восторженных поклонниц. — Хочу, чтобы меня никто никогда не нашёл. Хочу начать жизнь в новом месте, под новым именем. Начать с чистого листа. Для этого мне нужно заработать денег и сменить имя. Если работа уже есть, то со вторым, похоже, будут проблемы.

Она смотрела на тяжёлый медный подсвечник и оплывшую с одного бока свечу.

На немой вопрос Эшли ответила:

— Да, баронет, — начатый рассказ следовало закончить. — Я захотела вернуть подписанное признание и ударила мерзавца по голове чугунной статуэткой. Вытащила документ из его кармана и сбежала. Потом обнаружила, что вместо своего признания схватила закладные листы. Конечно же, собиралась их вернуть, — Ольга растёрла лицо руками. — Теперь я воровка и, кажется, убийца. Вы понимаете, во что я вас втянула?

Женщины молча допили вино.

— Я поеду к баронету и узнаю, что с ним стало. А дом, — Эшли встала, обошла стол и наклонилась к уху Ольги. Зашептала: — Нужно его продать. Когда я убиралась в комнате покойной, то видела купчую на него и другие бумаги.

Ольга отпрянула и впилась взором в расширенные тёмные глаза женщины. Вполголоса возразила:

— Теперь дом принадлежит её дочери.

— Считайте, что вы купили дом у кучера. Кем он там ей приходится? Раз одна банда, то пусть наследница с него и спросит, — она подвинула соседний стул и села рядом с Ольгой: — Выслушайте меня, леди…

— Называйте меня, как прежде, — попросила Ольга.

Эшли раскраснелась и стала очень хорошенькой. Будто сбросила десять лет. А выглядела значительно старше своего возраста. Тихо заговорила:

— Мисс Табби, я знаю одного человека… Думаю, вам смогут помочь. Конечно, вы не вернёте даже четверти украденных денег, но это даст вам возможность уехать. У вас всё получится.

— Честно говоря, я подумала, что вы скажете мне отдать деньги баронету, — улыбнулась она.

— Думаете, он заслуживает вашей милости после того, как с вами поступил? — возмутилась Эшли.

Ольга присмотрелась к ней — в тихом омуте черти водятся.

— Да вы авантюристка! — рассмеялась она и тут же посерьёзнела. — Это может быть очень опасно.

— Ничуть, — пожала плечами женщина. — Вам ничего-то и делать не придётся. Только взять деньги и поскорее съехать отсюда.

Чёрный риэлтор, — задумалась Ольга. Криминальный элемент. Вздохнула: заманчивое предложение и легко осуществимое. Но ничего противозаконного делать не хотелось. Однако брошенные в душу семена сомнения попали на благодатную почву и уже пускали хрупкие ростки. Манила перспектива быстро и без хлопот осуществить мечту — уехать и начать жизнь заново. Голова кружилась от предвкушения приятных и ошеломляющих перемен. Но что-то тревожило. И это не было связано с афёрой.

— Прежде нужно найти комнату, — сказала Ольга. — И не через объявление в газете.

Эшли оживилась:

— Помните, я вам говорила, что одна из моих заказчиц уезжает? Она получила место гувернантки с проживанием. Съёмная комната находится в районе Олдерсгейт-стрит, у сада Томаса Мора. Я была там всего раз, когда Ньют промочил ноги и заболел. Обычно относит и забирает бельё он. Послезавтра я занесу его сама и всё разузнаю.

Ольга достала бутылку оливкового масла и передала Эшли: